Ключ для хранителя

 – Жива ведь до сих пор, зараза, – и только теперь глубоко вздохнула. Вот я и ДОМА…

Посидев с закрытыми глазами минут десять, я, не спеша вернулась к машине и забрала из нее дорожную поклажу: льняной пыльник, свою любимую «почтальонскую» сумку и еще одну, по больше, с вещами. Занесла все это в дом и начала обживаться. Для начала проверила, все ли в порядке: обошла по периметру небольшую кухню, с занимавшей почти ее половину русской печью, потом и нашу с бабушкой, маленькую, но светлую комнату. Вот, в общем-то, и все мое хозяйство.

Огород за двором меня интересовал мало. Его, еще по осенней договоренности «арендовали» соседи слева, а осмотр баньки я оставила на потом, когда возникнет необходимость посетить еще один неприметный домик, в углу за сараем…

Процедура прощания и поминки проходили полгода назад в качелинской школе, на месте прежней бабушкиной работы. Здесь же, благодаря заботам Катерины Ивановны, бабушкиной единственной подруги, все сохранилось в прежнем порядке. Мне осталось лишь завести старенькие ходики да немного «помахать тряпкой».

Единственно «серьезно пострадавшей» оказалась моя высокая сетчатая кровать, которую и облюбовала ушлая кошка. Судя по следам ее «тайной бурной» жизни, именно на моем девичьем ложе Симка и ела, и любила, и дрыхла. Пришлось менять всю постель.

– Если я еще раз увижу здесь твой облезлый хвост, поставлю под окном медвежий капкан! – вытрясая загаженное покрывало, стращала я, торчащие из травы Симкины уши. Кошка в ответ скептически молчала. – Ну, может, не медвежий капкан, – внесла поправку я.

 – но, что-нибудь обязательно поставлю… Да хоть таз с водой!

– Здравствуй, Ветвяна! Давно приехала?

Я повернулась на голос и увидела облокотившуюся на калитку пожилую полную женщину в вязаной шляпке. Только два человека во всем мире имели право называть меня моим полным именем – бабушка и…

– Катерина Ивановна! – сбежала я с крыльца и бросилась в распахнутые навстречу объятья. – Как я рада вас видеть! – Девочка моя, похудела то как, – забормотала женщина, гладя мою прижатую голову.

– Ага, с 50-го до 48-го растянутого, – хлюпнула я носом в ответ. – Как вы живете? Как ваше здоровье?

– Все хорошо, Веточка. Внуки скоро на каникулы из Тобольска приедут, мне в помощники. Правда, без мазей и настоев твоей бабушки нога перед непогодой опять ныть начала, но, я ее берегу, кутаю. А знаешь, что… – Катерина Ивановна отстранилась от меня и я увидела в уголках ее глаз слезы. – Ты надолго вернулась?

– На выходные.