Саратов – Париж. Авантюрный роман

Валентина остановилась, всем своим видом давая понять, что готова выслушать молодых людей разве что из вежливости, присущей всем истинно образованным людям. Она остановилась и сменила выражение лица на более благосклонное.

Через несколько минут они сидели в маленьком уютном кабинете Валентины. Хранитель была немного обескуражена и даже сбита с толку, – незваные гости, скорее походившие на распутных молодых людей, ничего не смыслящих в искусстве, оказались обладателями драгоценной картины. Однако то, что было внутри свертка, девушку удивило еще больше.

Когда он был развернут, перед глазами Валентины предстал старинный лик миловидной юной девушки в парчовом платье. Она кого- то напоминала, – в этом элегантном повороте головы, в этих изгибах белоснежных плеч было что- то очень знакомое. Да, определенно эту картину она где – то видела.

– Я хотел бы передать это полотно в дар вашему музею, если, конечно, экспертиза докажет, что она имеет ценность, – сказал незнакомец с акцентом. Другой вежливо кивал, словно подтверждая каждое слово своего приятеля.

Валентина взглянула на картину, едва касаясь пальцами по поверхности. Она обратила внимание на пожелтевший холст, – такие материалы использовали как минимум в девятнадцатом веке. Да, картина определенно была талантливо написана. Краски весьма яркие и хорошо лежат, – явно работал профессионал. Но что- то все же смущало. Где же она видела эти грустные темные глаза в обрамлении белокурых волос? Она вынула холст и перевернула его тыльной стороной.

Именно здесь, на обратной стороне, иногда пишут самые ценные мысли о картинах. Валентина сразу же разглядела надпись на французском:

Будь проклят тот день, будь проклят тот сад,

Где сотни алмазов как угли горят…

Где деву златую спасает дельфин,

Найдешь ты прекрасный небесный сапфир…

Но будь осторожен, низвержен с небес,

Стоит за спиной окровавленный бес…

– Простите, – немного придя в себя от удивления, произнесла Валентина.– Могу ли я знать, с кем имею честь…

Мужчина с акцентом немного смутился, переглянувшись со своим приятелем.

– Меня зовут Антон Левин, – сказал человек без акцента. —Помните, как у Толстого в романе «Анна Каренина»?

Валентина улыбнулась легкой улыбкой. «Мог бы придумать другую фамилию. Представился бы Вронским…, вообще было бы нелепо»…

– А меня зовут Андрей, – сказал второй, улыбаясь в ответ.

«А фамилию не сказал…» – подумала Валентина, пряча взгляд.