Парень для «Sекса»

Про секс…

Я съежилась под его насмешливым взглядом, ожидая, что Макс проломит хрупкую корочку самоуважения; одной единственной грубой шуткой. Но он лишь хмыкнул, явно вспоминая про собственный опыт и придвинул к себе тарелку с яичницей.

– Кстати о сексе, – сказала Ирка, имея в виду «Секс андэ!», – ты говорил с Каном?

Я нервно дернулась.

Ирка уже давно вынашивала идею уговорить Диму, развесить рекламные плакаты по офисам. И взять пару коробок книг, чтобы продавать их девочкам, которые только собираются поехать в Корею.

Кан почти согласился… но на прошлой неделе встретил меня.

– Он сомневается, – коротко бросил Макс. – Сказал, что стоит девочкам разок посмотреть на автора и они побегут от него быстрей, чем он, в свое время, от моджахедов.

Я покраснела, проклиная Диму, Макса, себя… Захотелось напиться и погрузиться в спасительное тепло разливающейся по венам «анестезии».

– Она похудеет, – сказала Ирка уверенно. Как рекламный агент издательства, она ждала этого момента два года и не собиралась проигрывать какому-то целлюлиту.

 – Сейчас два килограмма слетит просто без бухла. А если еще начать тренировки и на диету сесть, она через пару месяцев снова станет конфеткой… А ну-ка, закрой эту дверцу и даже думать не смей!

Ее взгляд был подобен визжащей циркулярной пиле. Превозмогая себя, я отвернулась от коньяка и ограничилась кофе, сев подальше от Кроткого. Через всю кухню Макс мрачно смотрел на меня, тщательно пережевывая яичницу.

– Блядь, я тебя прошу: перекрасься… Когда я это вижу, мне кажется, что ты довыебывалась и Кан тебе башку прострелил.

– Крестись! – огрызнулась я.

Он фыркнул, нисколько на меня не обидевшись. Он был выше этого. Не будь я частью интерьера, в котором ему готовили, Макс даже разговаривать бы со мной не стал.

– Ты, правда, была танцовщицей?..

Я задохнулась негодованием. Ирка сделала знак молчать. Вчера мы с ней составляли план похудения и карьерного роста, для чего отобрали несколько старых снимков для вдохновения.

И Ирка молча взяла альбом с холодильника и сунула его Максу.

Тот ухмыльнулся ей, придвинул его к себе и подавился яичницей. Широко распахнутыми глазами, ухватившись рукой за горло, он смотрел то на снимок, то на меня. И я не ощущала себя польщенной, скорее, наоборот.

– Это – действительно ты?

– А кто еще?!

– Твоя сестра-близнец, которую ты сожрала после пьянки.

– Прекрати, а? Дай сюда!

Макс прекратил, но альбом не отдал.