Быть Героем

Но если у человека этого не было вовсе, он не был бы несчастен, общаясь вживую или подогревая пищу на огне. А может и был бы. Паша не находил веских оправданий своей тяге вернуться туда.

Так он, неделя за неделей, тренировался в «Богатыре» и с немалым успехом продавал зелья. Круг потребителей заметно расширился и Паша начал побаиваться, как бы не привлечь лишнего внимания.

Бабушку на рынке звали Зинаида Ивановна, она с удовольствием доставала для Паши любые товары, не задавая вопросов. Ее не интересовало, зачем ему может быть нужно крыло стрекозы или корень мандрагоры.

– Нет, а что такое?

– Ничего, милок, – бабушка укладывала пучок травы в бумажную обертку, – Просто так спросила, думала, что ты у него учился.

– Чему учился? – Паша больше чем сыграл удивление, действительно удивился, – Вы о чем?

Зинаида Ивановна лишь хитро улыбнулась, пока что не собираясь раскалывать Павла.

Впрочем, рассекречивание произошло само собой уже через неделю. Один из Пашиных клиентов покупал у знахарки веники для бани.

– О, Пашка, привет! – заметив зельеварителя, любитель бани и мощной эрекции протянул руку, – А ты тут какими судьбами, тоже баньку любишь?

– Привет… – Паша замялся, – Да так, кой-чего купить надо.

Зинаида Ивановна копалось в своем товаре, но было очевидно, что она внимательно слушает разговор.

– Слушай, Пашка, а когда ты этого сможешь достать… Ну, ты понял, – собеседник выразительно кивнул,– А то жена, выходные, детей к теще, годовщина у нас.

– Завтра устроит? – Паша не мог делать вид, будто не понимает, чего от него требуют. Все-таки ничего конкретного дядька Юра и не говорил.

– Да, устроит, – Юрий положил руку Павлу на плечо, – А цена та же, или темпы инфляции ее изменили?

– Как обычно, пока ничего не поменялось – Паша улыбнулся.

– Тогда договорились.

Они пожали руки, и Юрий, забрав товар, ушел прочь.

– Ты зря так просто продаешь, в открытую, – вкрадчиво заговорила Зинаида, – Побоялся бы.

– А чего бояться? – Паша действительно не знал, чего именно бояться, хоть и старался вести дела аккуратно.

– Экий ты простой. Налоговой бы побоялся, – Зинаида принялась копаться в своей просторной сумке, – Вот, на.

В Пашину ладонь лег маленький окуляр из мутного стекла в деревянной оправе мутного цвета.