Свобода как повод влюбиться

Я аккуратно опустила кисть в его прохладную руку, почувствовав, как сердце подскочило к самому горлу. Вскинула глаза и встретила прямой заинтересованный взгляд де Вера, в котором загорелся золотистый огонек. Какое невероятное ощущение.

– Милорд, – протянула растерянно, – ваши глаза… они другого цвета.

– Со мной такое бывает, – ответил он уверенно и совершенно обыденно, – я потомок мортов.

И этот потомок, этот мужчина был близко… Я могла бы коснуться его сомкнутых губ, провести ладонью по его гладковыбритой щеке, дотронуться до белоснежных волос.

Я медленно и неотвратимо теряла волю.

– Вам нужно отдохнуть, Джейн. Вы устали.

Он произнес мое имя так нежно и заботливо, что я замерла и до боли закусила губу.

– Милорд? – спросила, – нас учили, что морты утратили силу. Но ведь некоторые умения остались?

– Почему вы спрашиваете, госпожа Хоткинс?

– Хочу знать, с кем имею дело.

– Некоторые да, но я, к сожалению, не унаследовал почти никаких способностей.

– Но, я надеюсь, ваши способности учтены в королевском ведомстве?

– Разумеется, – произнес де Вер, – иначе бы я тоже подлежал отлову, как любое магическое существо.

– В Вергилии почти не осталось мортов. Я слышала еще о лорде Прангусе и леди Мирт и на этом все. Вы поддерживаете с ними отношения?

– Мой отец был очень суров, госпожа Хоткинс. Он не считал нужным общаться с кем-либо и, думаю, многие из мортов обо мне того же мнения.

Он аккуратно положил мою руку на изгиб своего локтя и вывел меня в коридор.

– Мы забыли свечу, – спохватилась я и дернулась было назад, но рука, опустившаяся на мои пальцы, заставила меня передумать.

– Я прекрасно вижу в темноте.

– Еще одна ваша особенность, милорд?

– Да.

– И что еще вы умеете делать?

– Некоторые маленькие фокусы, госпожа Хоткинс.

– Надеюсь, вы мне их продемонстрируете?

– Если представится возможность, – де Вер отлично умел уклоняться от ответов.

Поднимаясь по лестнице, я была вынуждена прижаться к мужчине крепче, дабы не упасть и не свернуть шею.

– Не страшно? – в его голосе почувствовалась улыбка.

С ним можно не бояться даже полдюжины мертвецов. Под ладонью я ощущала мягкий бархат домашнего сюртука, и мне было спокойно.