Sabbatum. Химеры

Они с Марго в этом схожи: любят покупать вещи одной марки, притом не запланированно.

Ко мне не спеша приближается Маргарита и заглядывает в папку.

– Нет. Анна красивее этой в сто раз. Что за дар?

Ну, конечно же, красивее! Марго просто в восторге от своих любимиц.

– Редкий дар. Талантище просто, – Морган подходит и обнимает любовницу. – Тебе понравится: эта девочка умеет пробуждать желания.

– О! – Марго, флиртуя, берет клубнику у сестры и дает откусить Джеймсу. В их исполнении это смотрится противно.

– Нет. Больше! Не низменные плотские страстишки, Марго. Девочка может дать цель жизни. Вложить, внушить человеку, что именно ради этого стоит жить.

Наталия разражается заливистым смехом, чем обращает на себя внимание.

– И что ты будешь делать с этим?

– Что? Я разгоню ее дар с помощью Ганна и вложу всем в головы мысль, что любить меня, почитать – цель всей их жизни.

Тут уже смеются Марго и Джеймс. Я тоже. Хорошая шутка! Только сколько в ней правды? За Морганом не постоит.

– Дорогой, когда не будет ни Инквизиторов, ни Сената, ни этих трех дураков, Старейшин, тебя и так будут почитать и любить.

– Может быть, Марго, может быть… – Он отпускает женщину из объятий. – Но диктаторов тоже не любят! Ваш Сталин тому пример.

Джеймс садится в кресло и снова принимается есть печенье, кроша на свои дорогие брюки и свитер.

– И когда мне на Начало? – интересуюсь я, прерывая довольно затянувшуюся паузу Главных, где каждый строит свои планы на «светлое будущее».

– Как привезешь Анну к нам, так можешь начинать.

– Понятно. Можно идти? А то невестушка заждалась в больнице. Апельсины, наверное, закончились.

– Иди, мой дорогой! Привет Анюте, – Морган делает пас рукой в сторону двери.

Попрощавшись, выхожу в коридор, спрятав папку в свою сумку. Дьявол! Придется опять охмурять еще одну девицу, чтобы та пошла к Химерам. Опять изучение новой пассии, ее жизни, нахождение слабых точек в характере. Дар вкладывать цель жизни… Хм… Что-то мне это напоминает.

Моя милая Мириам Оденкирк. Грустная печальная Мария-Тереза наших душ – неудавшийся эксперимент, закончившийся неожиданно для меня самого.

Прислужница с шикарными ногами замечает, как я ухмыляюсь своим мыслям, и на ее лице расцветает очаровательная улыбка.

– Что ты делаешь сегодня вечером? – я подхожу к Лене, кажется, так ее зовут, наблюдаю, как развратный огонек желания зажигается в карих глазах.

– Ничего особенного.