Sabbatum. Химеры

Прости меня!

Она поворачивается ко мне и смотрит своими пронзительными голубыми глазами. Из-за усиливающегося свечения, которое предвещает уход души из мира, Мелани стала подобна ангелу. Она и есть ангел!

– Мелани, иди в тело, пожалуйста! Умоляю…

И она плавно скользит к себе и возвращается. Облегчение и радость волной накрывают меня. Я вижу, как девушка с шумным вздохом приходит в сознание, часто дыша и превозмогая боль, как она невидящим взором смотрит в потолок, пытаясь осознать, где она и что произошло.

Вижу, как Савов заботливо приподнимает ее, чтобы посадить, как Варвара, вся в слезах, кидается к сестре, а бледный Кевин дрожащими руками ерошит свои волосы, пытаясь отойти от пережитого ужаса.

– Рэй… – Мелани одними губами произносит мое имя, переводя взгляд туда, где я стою, но знаю, что сейчас не видит меня. Я же пытаюсь прийти в себя от страха, ощущая, как горькое разочарование поднимается в душе от того, что не могу ощутить ее живьем. Почувствовать снова любимый запах тела, ощутить мягкость волос и нежность кожи, почувствовать вкус поцелуя, обнять и сказать, что все будет хорошо…

– Я люблю тебя, – знаю, что не слышит, но я должен это сказать.

Все сказанное – материально. Вселенная никогда не пропускает ни одного слова. Надеюсь, Она нас соединит в жизни, а не в смерти. Я еще не готов отпустить Мелани к ангелам.

Возвращение сразу обрушилось осязанием своего тяжелого тела с проступающими от силков синяками. Очнулся я на холодном полу в спортзале. Рядом сидела сосредоточенная Деннард, державшая руку на моем пульсе и отсчитывающая по моим же часам.

Она обернулась, и я увидел испуг в ее глазах. Она явно не понимала, что произошло, но сдерживалась от многочисленных вопросов. Лишь скупое:

– Ну, как?

Я не знаю, что ответить. На ум только приходит: «Хорошо. Теперь все хорошо».

Светлое будущее

– Здравствуй, – он протягивает свою изящную руку для крепкого рукопожатия. – Чай? Кофе? Что-нибудь покрепче?

Его бровь игриво вопросительно выгибается: Темный намекает, что в последний раз я напился до чертиков, так что закончил вечер в постели с двумя стриптизершами.

Хотя тогда не собирался пить и заявлял ему об этом.

– Нет, Джеймс. Только кофе.

Джеймс Морган щелкает пальцами, и в комнату заходит Прислужница, потупив взор. Отмечаю, что у девушки обалденно красивые длинные ноги.

– Лена, сделайте нам кофе, – Джеймс переходит на русский. В его исполнении этот язык звучит рычаще, по-звериному.