Анод

– Видишь ли, моя внешность всегда отталкивала людей, и в молодости, и сейчас. Я всегда казался всем злодеем и проходимцем. Впрочем, так оно и есть. Но я всегда служил Аноду, и все мои подлости, все мои действия были направлены во благо этого острова. Аноду нужны молодые и сильные маги. Нужны воины. А потому я не хочу убивать тебя и твоего друга, принц. Еще меньше я хочу гражданской войны, а ведь у тебя нет другого выбора. Ты либо сдашься на милость отца, либо попытаешься устроить переворот. Это лишь ослабит Анод.

А потому я предлагаю тебе вернуться в Ралу без боя, ты все еще принц, все еще можешь и должен помогать своей стране.

Мирк пристально смотрел на Мидса, ожидая выпада, ожидая внезапной атаки, но ее все не было. Мидс стоял в десятке метров от застывшего принца и его крысиные глаза, казалось, впервые в жизни не сверлят собеседника, а смотрят на него без затаенной злобы. Покрытое язвами и оспинами лицо действительно вызывало отторжение, но не выглядело таким мерзким, как когда-либо до этого момента.

И все же Мирк не поддался.

– Нет.

– Это твое право, – вздохнув, Мидс сделал шаг назад.

Он будто пересек невидимую линию, оказавшись за границей, он вновь приобрел недавно утраченные черты лица, сквозящие коварством, злобой и ненавистью.

Еще через секунду к Мирку метнулась волна плотно сжатого воздуха, поднимающая пыль и сухую траву с земли. Мирк небрежно отмахнулся, волна остановилась так же внезапно, как набрала скорость. Мирк не стал долго придумывать форму заклятья, направив во врага тонкий луч чистой энергии, на этот раз избрав для нее чуть голубоватый цвет с переливами зеленого.

Мидсу не оставалось ничего другого, как встретить приближающую угрозу идентичным лучом. Теперь они соревновались в количестве накопленной силы, а не в богатстве фантазии и форм заклятий.

Мирк, навязав борьбу Мидсу, должно быть и сам забыл о своем друге, который все это время молча стоял за его спиной. Но вот Мидс не должен был о нем забывать, это было бы непростительной ошибкой.

Земля под ногами зашлась мелкой дрожью, будто началось страшное землетрясение. Однако это землетрясение было локальным, и вряд ли ощущалось дальше, чем десять метров от места схватки. Вслед за тряской проявились и ее последствия, земля под ногами Мидса резко дала трещину, а затем и вовсе разошлась в стороны, будто огромная пасть, желающая проглотить добычу. Но Мидс, казалось, был готов к этому.