Орк Гарпальпиньон, или Все дороги куда-то ведут

И о той болезни, в частности, – выглядел эльф серьезным, но не враждебным, скорее сосредоточенным, – Вы ведь не очень хорошо знакомы с местными традициями, с тем, кто такие воины Храма… Будет лучше, если я помогу вам, но для этого мне точно нужно знать, что же там произошло.

Решение наконец пришло, орк выразил готовность обо всем рассказать одним лишь взглядом. Вернее будет сказать, что эльф понял по его взгляду, что тот сейчас начнет все рассказывать. Тогда Крудо чуть приостановил этот порыв орка и снова принялся оглядываться, переживая, что кто-то все же может их услышать.

– Давайте пока сойдем с дороги, там и поговорим, – предложил он.

Найдя подходящее для раскрытия тайн место, они остановились. С немого разрешения эльфа, орк тут же принялся выкладывать всю известную ему правду. Делал он это шепотом, заставляя эльфа едва ли не прижаться ухом к его губам, чтобы что-то разобрать. К счастью, рассказ вышел не очень длинным, потому шея у Крудо не успела затечь.

– И вы совсем не понимаете, как так вышло? Как вам удалось их убить?

Орк яростно помотал головой, всем своим видом показывая, что наполнен этим непониманием от пят до кончиков ушей.

– Говорите, что никогда не можете попасть туда, куда целитесь?

Не менее яростно орк принялся кивать.

– Что ж… Не уверен, но это и может быть причиной вашего успеха в том бою. Ведь воины Храма предвидят, куда вы целитесь. Даже самые сильные мастера не способны скрыть своих атак от воинов Храма Неприкосновенных. Кроме воинов Храма Разящих.

Орк удивленно приподнял брови, будто услышал некое откровение, но звуков издавать не стал, намереваясь выслушать собеседника до конца.

– Последняя война между ними едва не уничтожила их храмы, – эльф еще раз проверил, нет ли кого поблизости, – Наверняка неприкосновенные теперь будут винить в смерти своих воинов Храм Разящих. И нам это на руку.

Далее эльф проинструктировал орка о том, что следует говорить другим шпионам, если таковые им попадутся. А заодно и поведал, кто такие воины Храмов, и чем они примечательны.

Рассказ был короток, но вполне ясен. Оба храма, как и полагается всяким подобных заведениям, стояли на отшибе, один в горах севера, другой в пустынях запада. Попадали туда едва ли не с младенчества, кто-то, наверно, рождался прямо там. И, конечно же, едва выпустив материнские сосцы из губ, дети начинали постигать великое искусство. Для Храма Неприкосновенных этим искусством было оставаться неприкосновенным, как минимум в бою.