Орк Гарпальпиньон, или Все дороги куда-то ведут

А мне ничего не остается, как пытаться оградить ее от беды.

Гном горько вздохнул. Но ни эльф, который, казалось, пребывал в каком-то блаженном безумии и просто смотрел в небо, едва не пуская слюни изо рта, ни Багетта, которая так и не отводила взгляда от орка, не отреагировали на слова Коллбаса.

Внезапно, Багетта шагнула вперед. Зрелище выглядело впечатляюще, потому что и Гарпальпиньон, как по команде, в тот же миг сделал свой шаг. Затем они сделали еще шаг и остановились, ведь шагать дальше было некуда, оба почти прижались друг к другу.

Орк никогда ранее не ощущал подобного. Сердце бешено колотилось, а мир вокруг пропал. Не было рядом трех трупов, зарубленных им же, не было Котто, не было Коллбаса, не было даже звезд и земли под ногами. Не было ничего, кроме Багетты. Должно быть, она ощущала то же самое, и, быть может, так же как и он, впервые.

Неловко обнявшись, они слились в страстном поцелуе. Было очевидно, что целоваться им пришлось впервые и учесть некоторые физиологические особенности друг друга они забыли.

Багетта неистово облизывала проглядывающий через разрубленную в горячке боя рубаху сосок Гарпальпиньона, тот же исступленно лобызал воздух. Но, что удивительно, оба были очень довольны результатами своего поцелуя, а у орка даже закружилась голова.

– Ты будешь моим мужем, – то ли вопросительно, то ли утвердительно прошептала Багетта, когда поцелуй был окончен.

– Да, – едва смог из себя выдавить орк, дыхание которого сперло от накативших ощущений.

– Тогда приходи к горе Ортака ровно через месяц, я буду там. Мой клан устроит нам лучшую свадьбу. А сейчас нам нужно идти.

С этими словами она еще раз крепко его обняла, а затем отпрянула и, не оглядываясь, покинула дворик. Было очевидно, что причины такой спешки были известны только Багетте, потому что Коллбас лишь удивленно развел руками, решительно не понимая, что происходит. Эльф же и вовсе пребывал в прострации, так и не возвращаясь в реальный мир.

– Лучше бы тебе явиться к этой горе.

Каким бы страшным воином ты ни был, оскорбить мою сестру я не позволю, – с этими словами гном дернул эльфа за руку, и потащил его вслед за сестрой.

Вскоре все трое скрылись из виду, оставив орка наедине с трупами. Тот, вовремя придя в себя, тоже поспешил покинуть это место.

Гарпальпиньон, конечно же, привык к убийствам, хоть сам и не совершал их часто. Вернее сказать, почти не совершал, если не считать комаров или родительских ожиданий.