Клетка

Когда же она опускается на пол и начинает имитировать половой акт, двигая бедрами и тазом, я чувствую, что простого танца мне мало. Джинсы становятся чертовски тесными, а сердце бьется под сто двадцать, словно я сам уже трахаю её.

“Вот чертовка!” – ругаюсь мысленно, стараясь незаметно поправить одежду и сесть поудобнее. Но руки тянутся погладить её по спине. И я тянусь, медленно, словно изо всех сил стараясь не спугнуть дикое животное. Но чтобы она не подумала, что я хочу её изнасиловать, сжимаю в пальцах стодолларовую купюру.

– Зачем ты это делаешь? – вопрос вырывается помимо воли, но он отражает мои мысли. И я говорю о наркотиках, но девушка или не хочет понимать меня, или действительно не понимает.

– Потому что за это неплохо платят, – она тянет губы в улыбке, которая по-прежнему не касается глаз, что делает её ненастоящей.

– Как тебя зовут? – сую вторую сотку ей за резинку трусиков.

– Ева, – она поднимает и опускает таз, перевернувшись на спину и расставив ноги так, что я отчетливо вижу половые губы и клитор сквозь прозрачную и взмокшую ткань. Черт, если девка продолжит в том же духе, то я не выдержу.

Достаю купюру и ею веду по телу девушки от груди до развилки бедер.

– По-настоящему, – обвожу свернутой соткой её трусики, не прикасаясь руками ни к чему, хотя вместо этого мне хочется вжаться лицом в её промежность и ласкать языком.

– Ева, – упрямо повторяет девушка, выскальзывая из моих лап как раз вовремя.

– Лжешь, – ухмыляюсь, доставая следующую купюру. – Хочешь получить деньги – назови имя.

Девушка замирает на мгновение и после садится совсем не эротично, подтянув к себе ноги.

– Зачем тебе знать моё настоящее имя? – исподлобья смотрит она на меня. – Ты меня видишь первый и последний раз, для тебя я – Ева.

– Я так хочу, – упрямо повторяю. – Имя.

– Вася, – шепчет девушка.

– Не понял? – вскидываю брови. Она прикалывается, что ли? Или это транс? Но я не увидел члена у неё между ног, наоборот, только то, что члену, в частности моему, очень нравится.

– Ну, Василиса, – и тут я замечаю смущение девушки, видимо, рыжина выдает её с головой.

– Выпить хочешь, Василиса? – киваю на бутылку “Гленморанджа”.

– Я не против, – она спускает ноги и, вероятно, четко заученным движением пересаживается ко мне на колени.