Зверь

Я не хочу! – с паникой прошептала, вспоминая, как два дня он оставил меня на улице. Конечно, он меня укутал в теплое одеяло, но я теперь не могла там находиться.

Ледяной холод ударил в лицо, заставляя скривиться. Мужчина прошел к качелям, представляющим собой кору дуба, и усадил внутрь, вручая веревки, чтобы не упала.

– Я не хочу… – обычно не говорила, ведь мужчина не обращал никакого внимания на мои слова, а потерять голос желания не было. Но сегодня все иначе.

– Ты должна будешь вернуться в замок и занять свое законное место.

Поняла точно: он знает, откуда и кто я. Молодец! Мне бы так! Только вот возвращаться желания не было. Зачем?

– Нет. Я не вернусь… – судорожно выдала, не представляя, зачем идти туда, где меня мечтали четвертовать.

– Ты последняя надежда. Нужно вернуть все как было прежде.

Вот что за манера заинтриговать и замолчать? Догадываться, что ли? Но одно несомненно – он возлагает на меня огромные планы.

– Я не могу. Ничего не могу. Да и как? – воскликнула, напоминая, что я сейчас калека.

– Сможешь… – буркнул он и схватил топор.

Расширила зрачки, когда мужчина двинулся на меня. Сжалась от страха, пока он не прошел мимо, начиная рубить полена. Целая поляна была завалена рублеными деревьями. Я же приходила в себя, отчетливо слыша свое учащенное сердцебиение.

Работал он долго, без отдыха, с отчаянием. Смотрела и пыталась понять его состояние. Злился. Даже не так – был в ярости.

Подул сильный ветер, накатывая ароматами елей, смолы, снега и пота.

Подумала и смутилась. С чего бы?

Но тут же отмахнулась от нелепого вопроса. Так бывает…

– Кто я? – перешла к делу. Раз столько надежд, нужно понять, с чего они взялись.

Лесник обернулся и громко выдал:

– Принцесса цветущих лугов.

«О как! А что я тут позабыла? В снегу, с дикарями?!» – хотелось спросить, но удержалась. Ждала от него продолжения.

– По договору мира между двумя царствами ты должна стать женой короля.

– И как я оказалась в склепе?

– Ты… выпила зелье, не желая выполнить обещание. Предала… – последнее слово он выплюнул, словно я посмела так поступить не с кем-то, а именно с ним.

Молчала. Что тут скажешь? Нехорошо, конечно.