Второй шанс

Чувствуя, что его подарок ей не понравится, Надежда тут же сказала:

– Там же не…

Мужчина мгновенно подошел к ней и, как-то легко вытянув ее руку, надел на палец обручальное кольцо, отчего у Нади остановилось на секунду сердце, а в голове сильно зашумело. Она облокотилась на стол и тихо загнанно произнесла:

– Зачем? Я…

– Любимая, прими от меня это нежное кольцо, и пусть все поймут, что ты только моя. А я, знаешь, какой собственник… – шутя сказал он и, видя, что Надя побледнела, со вздохом произнес: – Надюша, я всем сердцем люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой.

– Нет…

– Постой, я знаю, что ты не хочешь, но мы взрослые люди и уже год с тобой общаемся. А полгода уже занимаемся любовью…

Надежда смотрела и почти не слушала, ее до ужаса раздражало это ненавистное кольцо, которое она однозначно не хотела видеть на своем пальце.

– Стас… ты обещал…

– Знаю, ты сказала сразу, как мы встретились, что не хочешь ничего, кроме простого общения, и если будет возможно, то только близость, хотя я по дурости сразу не поверил.

– Но… – попыталась возразить женщина, однако Стас перебил:

– Пожалуйста, оставь его у себя на пальце. Для всех мы будем, как и должны быть, жених и невеста, а для нас все останется прежним. Пойми, я хочу большего, но если ты так настроена, то соглашусь с тобой. Но в то же время я прошу тебя оставить кольцо, чтобы мне хотя бы перед знакомыми и друзьями не пришлось оправдываться, что ты не желаешь выходить за меня замуж, – обиженно произнес он, хотя старался скрыть свои эмоции.

– Стас, я не могу…

– Но почему? Почему? Чем я так плох? У меня все есть! Трехкомнатная квартира в новостройке, свой бизнес, крутая машина. Я не жадная скотина! Но тебе ничего не нужно! Ты даже за эту квартирку сама платишь, не позволяя тебе помогать. Даже вещи… Я не могу купить тебе одежду, чтобы мы сходили…

– У меня все есть, – сухо сказала Надежда, стараясь сдержать крик, надеясь, что Стас сейчас уйдет.

– Но не такое, что ты заслуживаешь, – снисходительно сказал Станислав.

– Меня все устраивает, – уперто сказала Надя, стараясь не вспоминать слова злобной эгоистичной женщины, кричавшей мерзости, смешивавшей ее с грязью только из-за того, что посмела носить то, чего была недостойна по мнению той.