Немезида

Быстро повернулась и увидела на входе в спортзал стоящих наблюдателей, альфу и моего отца. И если в глазах своего отца я видела гордость, то со стороны альфы шла дикая ярость.

Я в шоке уставилась на отцов, а потом на Лешу, не зная, как дальше себя вести. Ой, дур-ра-а-а-а! Тут Алексей поднялся на ноги одним прыжком, подошел ко мне и обнял.

– Пап, привет! Мы тут с Леночкой отрабатываем удары ногой, а то у нее плоховато получается. Но, думаю, скоро она и без моих поддаваний справится! – с довольной улыбкой произнес парень.

– Да-а-а? А не похоже было, что у нее с этим проблемы! – с подозрением сказал альфа, недовольно сверля меня взглядом.

– Ну что вы! Это был самый удачный удар из всех моих попыток! – с большим огорчением произнесла я, надеясь, что наша группа будет молчать, они ведь понимали, что с альфой не стоит шутить и тем более высказываться по поводу его заблуждений.

– Ну, раз так, то продолжайте. Учись, Лена, у моего сына, чтобы могла элементарно себя защитить! – с вежливым презрением сказал Станислав Алексеевич.

«Альфа, видно, слепой или не знающий ничего про каратэ! У меня на кимоно желтый пояс повязан, а значит, я могу отлично себя защитить! Главное, что он ушел с четким пониманием, что я тут для красоты задницей верчу», – подумала я.

Когда тренировка, которую продолжал уже мой отец, закончилась, он подошел ко мне, потрепал рукой по волосам, прижал к себе и прошептал: «Горжусь тобой». Счастливая и довольная, я вышла из спортзала и пошла в раздевалку, где меня уже дожидался Алексей.

– Спасибо! – тихо сказала я.

– Да не за что! Мой отец считает, что я должен все делать лучше других, и знаешь, это бесит. А женщин он вообще не сильно уважает и ценит, поэтому он бы всю тренировку рычал на меня, проклиная мои гены, ну и твою наглость, – парень с грустным и задумчивым видом смотрел на меня, пока я переодевалась.

Думаете, что это аморально и неправильно? Я тоже так считаю, но Лешку не выкинешь из раздевалки, когда я там. Парень уже вообразил себя моим мужем и начинал длинные дискуссии, если я просила его выйти.

– Может, побегаем волками поздним вечером?

– Извини, я устала, хочу спать, – направила в свой голос нотки разочарования и грусти, да и личико пусть будет для эффекта, как у уставшей лошади.

– Лен, я уже забыл, как ты выглядишь подо мной.

– Тебе послать иллюзию? – между прочим спросила я, а в груди все начало сжиматься от будущего разговора.