Моя несносная девчонка

Видишь, подготовилась… – весело заявила, намекая на свой идиотский прикид.

– А если мне скажут тебя выводить, когда ты это… гонять там начнешь, что мне делать?

– Ммм… – сглотнула, не желая даже представлять себе эту захватывающую картину, – выведешь…

– Ага… Я же не бессмертный.

– Да все будет хорошо. Ты только отведи, а то я вроде как в розыске.

– А батя твой? Ты должна ему сказать, чтобы он признался. Не понимаю, почему он подставил тебя. Это ведь он машину разбил.

– Толь, тебе сколько лет? – уже не выдержала.

– Мне 25! – гордо заявил, выпячивая грудь. Гусенок.

– А не скажешь, – протянула, подмигивая ему.

– Ну что ты вечно? – обиженно буркнул. – Я не хочу, чтобы ты туда шла. Не для тебя это место.

– Вперед и с песней, Толян. Давай уже! Это ты трепишься тут и деньги в твой карман капают, а мне еще тачку нужно ремонтировать.

– Японку?

– Угу…

– Ну да… тогда пойдем, – сказал и пошел вперед, махая своим. Давал понять, что я с ним.

Охранники мне скалились, ну и я им в ответ. Наверное. Но они не оценили, сразу отворачиваться стали. Не могу я улыбаться по принуждению. Как-то злобно получается.

Двигалась за парнем на автомате. Только бы не думать сейчас и не планировать. Если начну, могу среагировать слишком импульсивно. А сейчас главное – не убежать. Рефлексы у меня работают как надо, особенно в экстренной ситуации.

И вот встали у двери. В коридоре горел тусклый свет. Очевидно, этот ВИП-зал специально для кротов. Внутри еще темнее, чем здесь.

Толик начал подбешивать: шмыгать носом, оглядываться по сторонам. Переживал. Обычно за ним такого не замечала. Но даже если и улавливала, ничего бы не изменилось. Только через него могла пройти на второй этаж для богатых клиентов.

– Тут он, – сказал, рукой показывая на дверь. – Только это… ты с ним там… помягче. Он в клубе золотой клиент.

– Да я только поговорить, – отмахнулась, понимая, что нужно парнишку отправлять.

– Ты так говорила, когда Еремов обиделся на твой отказ и назло гвоздем готовую тачку испортил. Потом он сутки торчал на толчке от твоей водички и выл тебе молитвы, умоляя выпустить.

– Ну, это святое. Я на нее две недели убила, жила на работе, а этот урод…

– Ну да, поэтому мы ему не помогли. И еще… не хотелось рядом с ним сидеть…

Вздохнула. Разговор ни о чем.