Ферзь. На грани

Но отмечая напряжение мужчины, тут же осознала, что хищник почувствовал мое состояние, и когда он хотел повернуть голову в левую сторону, подалась вперед и накрыла его губы, лихорадочно повторяя за ним, понимая, что поступаю правильно, если судить по его рычанию и тому, как алчно обхватил талию, врываясь в меня.

Словно током прошибло. Со всей страстью отвечала, пока не вспомнила, зачем завлекла его. Собралась и внезапно ударила по голове. Мучитель только на секунду застопорился, выдав мат, и резко развернулся. Оттолкнула руками, спрыгивая, и отмечая, что он полетел на меня, в панике схватила порошок в мягкой упаковке со стиральной машинки и кинула в лицо, рассыпая на него все, что было.

Мужчина взвыл, очищая глаза, кидаясь к ванне, с яростью цедя:

– Сучка! Убью.

Сердце стучало как сумасшедшее, особенно от понимания, что он не шутил. Убивать он будет медленно, разрезая по кускам. Не теряясь, дернулась на выход, закрывая дрожащими руками дверь, понимая, что у меня несколько минут.

Побежала в комнату и, схватив свою сумку, перекидывая через плечо, быстро подняла спящую дочь и, прижав к груди, бросилась из номера, закрывая ключом.

Надеялась, что наемник долго проторчит взаперти, вспоминая меня и пытаясь выбраться. Ключ выбросила в кусты и побежала к дороге.

Постоянно спотыкалась о большие камни, лишь чудом не падая. Было темно, но не так чтобы ничего не видно. Еще немного – и наступит ночь.

В панике смотрела вперед, но никто не ехал по трассе, отчего готова была заплакать. Постоянно оглядывалась, ожидая появление разгневанного мужчины.

И вдруг яркий свет фар появился вдалеке – машина. Но если судить по скорости – останавливаться водитель не собирался. А я ждать не могла. Всхлипнула и на ватных ногах засеменила на середину, замирая от страха, поглядывая в сторону гостиницы.

Внезапно меня озарило светом, и раздался визг колес. Я в шоке стояла на дороге и смотрела, как из черной иномарки вылезла стройная брюнетка в синих модных джинсах с дырками и в черном топике. Увидев меня, она гневно рявкнула:

– Ты что, дура? Блондинка тупая!

– Я… Он… – ничего не могла сказать.

Слова потерялись. Задрожала и захрипела, сотрясаясь от плача.

В эту секунду проснулась Алена и заплакала, отчего меня еще больше скрутило от страха. Я уже не могла успокоиться от пережитого шока и просто дала волю накопившимся эмоциям.

– Эээ… – девушка бросилась к нам, бурча проклятия себе под нос, а потом подбадривающе воскликнула: – Да ладно тебе. Все же хорошо.