Ферзь. На грани

Надо же… беглая девочка решила меня нанять. Нелепость. В другой ситуации даже не слушал бы, но от нее я ждал только одних слов, которые она добровольно произнесла: «Все что угодно».

От мысли, что я буду делать с ней через несколько часов, член налился кровью, причиняя боль. Проклятье. Надеюсь, я перестану реагировать как пацан, после того как утолю свой голод.

Воображение нарисовало будущую картину, и острое желание буквально накрыло с головой, отчего на мгновение задохнулся.

Что же за дерьмо?

– Где ты? – задал вопрос, планируя поскорее ее забрать.

– Вы… – выдохнула она, и я скривился от ее слов. Забыла наше общение? Вроде как не о погоде говорили, когда к стене ее прижимал, толчками врываясь в нежное тело. Отбросил воспоминания, когда Маша замялась и исправилась, – ты… поможешь мне? Да?

– Адрес или опиши местность. Я найду тебя, и мы все решим.

Лотова начала перечислять, а я быстро направился к джипу, закрывая дверь, понимая, что она стоит на трассе. Отключившись, бросил смартфон на пассажирское сидение и завел машину, срываясь с места на огромной скорости.

Вены на висках вздувались, огненная кровь обжигала внутренности, сжимая мощной волной предвкушения. Я не ехал, а гнал как безумный. Когда заметил ее, сидящую на обочине, а рядом черную иномарку, из которой вышел молодой пацан с длинными волосами, завязанными в хвост, желая помочь, озверел.

Резко дал по тормозам и остановился. С силой сжал руль, на секунду пытаясь прийти в норму, чтобы не грохнуть этого сопляка, и вышел из машины, направляясь к Лотовой в пыльной, ободранной одежде. Она устало беседовала, а потом перевела взгляд на меня, цепенея, чувствуя мое бешеное состояние. Хотела что-то сказать, но слова застыли в горле, а вот парень повернулся и нагло выдал:

– Я позабочусь о девушке. Не беспокойтесь, – он тут же повернулся к ней, считая, что отвязался от меня, и ласково произнес: – Да, милая? Сейчас я…

Он даже не понял, как я оказался рядом с ним и заехал этому молокососу в морду, ломая нос.

Надо же… заботливый нашелся.

Пацан кое-как приподнялся, непонимающе посмотрел на меня и изумленно выдохнул:

– Сумасшедший…

– Еще слово… и ребра сломаю, – снисходительно рявкнул ему и направился к Марии, которая пыталась встать.