Игра в Реальность

Поверь мне, Антон, ты этого не хочешь.

Учитель снова задумался. Я тоже молчал, представляя своё жалкое будущее в роли немытого зомби. Вот ведь свезло мне уродиться Программистом.

– И как же мне, интересно, поможет медитация? – спросил я подавленно.

– Тебе нужно как можно скорее установить связь с Создателем,– ответил Учитель,– и научиться контролировать свои мысли и эмоции. Без этого тебе не справиться со своей миссией. Медитация – это самый простой способ добиться и того и другого.

Вот уж не уверен, что сидение с закрытыми глазами может помочь чего-то добиться.

Впрочем, выбор у меня невелик. Можно, конечно, плюнуть на всё и оторваться по полной напоследок. Но что-то мне подсказывает, что радости такой отрыв не принесёт. Учитель мрачно смотрел мимо меня и ждал, что я скажу. Он явно что-то недоговаривал. Интересно, что может быть хуже перспективы превратиться в зомби?

– А что будет, когда и если я выполню свою миссию? – попробовал я просчитать, что он там ещё скрывает.

Похоже, я попал в точку.

Учитель вздрогнул и опять посмотрел на меня как на смертельно больного.

– Большинство миссий осуществляются ценой жизни Программиста,– произнёс он как будто зачитал диагноз. – И поверь мне, это большое везение. Альтернатива гораздо печальнее. Дело в том, что, выполнив миссию, Программист утрачивает смысл жизни и свои способности, кстати, тоже. Выжившие, как правило, либо спиваются, либо накладывают на себя руки. Я знаю только одного бывшего Программиста, который смог это пережить и найти себя на другом поприще.

Он стал Охотником.

Опаньки, не удивительно, что они все фанатики. Терять-то уже нечего. Но я ведь не маньяк какой-то. Пока во всяком случае. Мне глубоко фиолетово, что там кому-то от меня нужно, будь ты хоть сто раз Создатель. Не представляю, чтобы я мог настолько слететь с катушек, чтобы упиться до смерти. Услужливая память тут же напомнила, как я три года без продыху носился по тундре, когда пропала Алиса, забывая, кстати, спать и мыться. Значит, я очень даже легко могу превращаться в зомби, когда припечёт.

Засада.

– Я совершенно не чувствую, что у меня есть миссия,– с обидой произнёс я наконец. – Должны же быть какие-то знаки, подсказки, что ли.

– Экий ты нечувствительный, Антон,– усмехнулся Учитель. – Когда ты впервые создал необычную программу?

– Ещё в Униве?ре, на четвёртом курсе,– вздохнул я,– но это был просто переводчик, и я им практически не пользовался. А Антошу я написал два года назад.