Игра в Реальность

Но всё гораздо проще. Разве в самом слове Создатель не заключено его значение? Как ты думаешь?

Учитель замолчал, явно подразумевая, что этот вопрос вовсе не был риторическим. Похоже, теософский диспут мне не грозил, разговор шёл в прагматичном русле, что не могло не радовать.

– По-видимому, Создатель должен что-то создавать,– в тон Учителю ответил я.

– Не попробуешь угадать, что именно? – он продолжал меня подкалывать.

Исходя из нашего разговора до завтрака, я сделал вывод, что Создатель, пожалуй, будет рангом повыше, нежели Творец.

А если Творец способен создать новую Реальность, например, Убежище, то что же остаётся на долю Создателя?

– Не стесняйся,– подбодрил меня Учитель. – В конце концов это просто слово для обозначения определённого понятия. Тут нет ничего священного или запретного, если это тебя смущает.

– Может быть, меня? – задумчиво произнёс я и сразу понял, что прозвучало это пафосно до идиотизма.

Однако Учитель не стал смеяться, наоборот, мне показалось, что он обрадовался моему нескромному ответу.

Неужели угадал?

– Ну конечно,– заулыбался мой наставник,– для меня Создатель – это тот, кто создал меня, а также тебя и других Игроков.

– И как же он это сделал? – я решил развить достигнутый успех,– из праха, или клонировал из ребра, как Еву?

Если честно, я сознательно стремился перевести серьёзный разговор в шутку, так как у меня вдруг возникло острое ощущение опасности. Вот сейчас Учитель ответит и окончательно добьёт мой и так трещавший по швам мир.

Зачем только спросил? Жил себе в своей милой безопасной неопределённости, а теперь придётся столкнуться с жестокой правдой. Учитель не станет со мной миндальничать, это сразу видно. А смогу ли я принять эту правду? Но тот, словно почувствовав мой страх, не стал спешить с ответом.

– Для начала нужно ответить на другой вопрос,– сказал он, глядя мне в глаза,– а кто такой ты?

Час от часу не легче. Вопрос застал меня врасплох. Не то, чтобы я совсем никогда не задумывался над тем, кто я такой, но однозначно ответить в стиле нашей откровенной беседы мне было не под силу.

Я начал лихорадочно вспоминать всё, что читал по этому поводу. Хотелось по возможности не выглядеть абсолютным неучем.

– Я – это триединство тела, души и духа,– начал затаившийся неуч, осторожно подбирая слова.

Однако продолжить Учитель мне не дал. Он начал истерически хихикать. Я сидел, насупившись, не понимая, то ли обидеться, то ли тоже рассмеяться.