Выиграю твою жизнь

Ему она тоже не нравится. А во мне опасности он не видит. Сжимаю в кармане нож-бабочку, холод которого дарит спокойствие.

– Я не уйду отсюда, пока мне не назначат с ним встречу.

Сужает глаза до щёлочек.

– Ладно. Приходи в одиннадцать вечера, – ухмыляется девица, уверенная, что мне ничего не светит. – И не вздумай опаздывать!

Глава 4

Я кивнула и, развернувшись, врезалась в грудь охранника. Он сверлил меня недобрым взглядом, ожидая очередной подлянки. Но вместо неё я сладко улыбнулась и провела пальчиком по его белой рубашке.

– До вечера, красавчик, не забудь меня пропустить.

Парень растерялся от такого поворота, растёкся на месте, как масло на сковороде, зарделся и даже забыл, зачем за мной шёл.

Я же спокойно прошествовала мимо него и покинула здание, удовлетворившись результатом.

Осталось найти мать. В центре города, в добротной сталинке, с вежливыми соседями, жил мамин дружок. Квартира досталась от родителей, и, кажется, он ни дня в своей жизни не проработал. Типичный паразит. Терпеть его не могла, как и всё её окружение.

Звонок рядом с дверью либо сломан, либо на него давно никто не реагировал. Я колотила в дверь в надежде, что кто-нибудь откроет. Но лишь ощущала внимательный взгляд через дверной глазок от соседа напротив.

– Открой, мать твою, Попов, или я сейчас вызову сюда госнаркоконтроль! – кричу во всю силу лёгких, пиная дверь носком ботинка.

По ту сторону раздаются шаги, щелчок замка. Меня обдаёт зловонным ароматом давно немытого тела.

Тощий мужчина направляет на меня красные белки глаз, как у лабораторной крысы.

– Чего тебе? – он смотрит на меня и не видит. Не узнает даже.

– Мать моя где? – цежу сквозь зубы.

Блин, на его лице ни тени осознанности.

– Пшла отсюда. Не знаю, где эта шалава, – буквально выплёвывает, попадая слюной на мою щеку. Я отшатываюсь, словно на меня брызнули кислотой. Но успеваю подставить ногу в дверной проём, не давая ей возможности закрыться.

– Где Виктория Вишневская? – ловлю его за ворот белой майки, с силой притягивая к себе и вынимая из куртки ножичек, ловко разворачивая его в воздухе и прикладывая острием к горлу нарика.

Несколько секунд он недоумённо смотрит на меня, хлопает глазами, будто картинка, которую он видит, не похожа на реальность. Ну да, я не золотой единорог.

– Говори, где она, или я тебе глотку перережу, – шиплю, как ядовитая змея, стараясь придать своему лицу грозное выражение.