Твоя жизнь в моих руках

Чуть ослабляет хватку, давая мне возможность сползти по его телу вниз, и разворачивает к себе лицом.

– Нет, – отвечает, продолжая смотреть на меня с высоты своего роста.

– Что? – не верю собственным ушам. – Она же погибнет!

Стою, лепечу что-то в то время, пока внутри человек сгорает заживо. Эта мысль стрелой попала в голову, и в этот момент я очнулась.

Силы в теле активизировались, пришли в боевую готовность. Адреналин в крови бьёт ключом. Я пытаюсь вырваться из его рук. Броситься на помощь. Но по его лицу вижу, что попытки тщетны.

Губы Питона сжимаются в тонкую, выражающую презрение линию. Ко мне.

Хватка рук становится грубее. Он вдавливает меня в своё тело так, что я ощущаю каждую нитку на его рубашке. А воздуха в лёгких всё меньше. Да и тот, что попадает в них, полон гари.

– Это первый урок послушания для тебя, дорогая племянница, – вкрадчиво вещает, а у меня от ужаса уши горят. Я в шоке, не веря своему слуху, смотрю на него широко распахнутыми глазами. – Никогда не ври мне. Никогда не иди против меня.

У меня появляется догадка. Маленькое зернышко истины, не успевшее до конца прорасти внутри моего сознания. Простая, непонятная мне, но очевидная для него, – люди – пешки. И моему дяде не важно, живые они или мёртвые. И те и другие могут играть ему на руку.

Разве такие, как он, бывают? Совершенно лишённые человечности.

Полная ярости, с каким-то животным криком набрасываюсь на него. Тяну руки к его лицу. Шее. Намереваясь исполосовать ногтями его физиономию. Выцарапать серые бездушные глаза.

Не сообразила, в какой момент оказалась на земле, пригвождённая его телом. Но продолжала под ним извиваться ужом. И с каждым своим движением всё сильнее ощущала тяжесть его тела.

– Успокойся уже, – рыча приподнял мои сжатые руки и хлопнул меня обратно о землю, выбивая из меня дух, а из груди – воздух.

Полностью обездвиженная, глотала воздух, но лёгкие словно сжались и никак не хотели расправляться. Потребовалось время, чтобы начать дышать.

Продолжая удерживать мои руки за головой, дядя оседлал меня, и я только сейчас заметила, насколько глубоко исцарапала его щёку.

Мир словно расщепился. Рядом полыхал огонь. Возможно, угасала жизнь.

А я оказалась в другой реальности. Где эта самая жизнь струилась, лилась, изливалась. И била прямо в меня. Её было так много, что я ощутила передоз эмоций. Непонятных мне, чужеродных. Незнакомых.