Спасибо за дочь

Локация не говорила ровным счётом ничего. А вот фотографии, на которых его отметили другие пользователи, говорили о многом. Девушки. Куча разных девиц. Гламурные и очень красивые. Одна лучше другой. Правда, различить их было сложно. Будто их сотворил не бог, а пластический хирург – по одним меркам.

Брызнула в лицо холодной водой и покинула уборную.

Воздуха чертовски не хватало. Видеть Истомина не хотелось. Даже ради благой цели рассказать ему, что скоро он станет папочкой.

И вообще, зачем торопиться? Мне ещё восемь месяцев вынашивать ребёнка.

Может, когда ребёнку исполнится восемнадцать, наступит подходящий момент?

Господи, что за мысли?

Вышла во внутренний двор ресторана. Прислонилась к холодной стене. Солнце уже светит, но плохо греет. Было зябко, но после множества запахов, царивших в кухне, стало легче.

Нет. Нельзя так. Неправильно. Нужно рассказать ему обо всём. Каким бы он ни был, Истомин вправе знать.

Вдохнула, выдохнула.

Господи, всё же я наивная. Похоже, Истомин давно забыл, что выпроводил из своей спальни повара ресторана «В облаках». Пришёл с целой компанией друзей и девиц. Красотки сидели, отряхивая в его сторону свои выжженные локоны, расточая феромоны и раздражая обоняние дорогими духами.

Прислонилась лбом к косяку. И как мне вытянуть его из этого гнезда разврата и окунуть в суровую реальность?

Не знаю, как это произошло.

Некоторое время мужчина смотрел на меня так, будто силился вспомнить, кто это на него пялится. Но потом всё же кивнул, признавая наше знакомство. А это он ещё не знает, что мы учились в одном классе.

Прошептала ему губами: «Подойди», надеясь, что он поймёт, чего я от него хочу. Арс свёл брови, явно с трудом соображая, что я могу от него хотеть.

«Вернуть потерянный сперматозоид», – про себя подумала я.

Поднялся из-за стола, напоминая мне о том, какой он высоченный и фактурный. Проглотила слюну так, будто у меня на него вырабатывается реакция, как у собаки Павлова. Позорно признавать – и не только во рту.

Когда Истомин остановился на расстоянии вытянутой руки, я судорожно пыталась вспомнить, о чём хотела с ним побеседовать.

Так не пойдёт, если мой мозг всегда будет размягчаться в его присутствии, я отупею.