Спасибо за дочь

Кожей ощутила, как градус его настроения упал до нуля. От тёплого до ледяного.

– И где же он? Что-то я его здесь не вижу, – делано оглядывается.

Словно движимый невидимой силой, мой телефон завибрировал, сообщая о входящем звонке. И действительно, на экране высветилось имя Гоши. Будто он почувствовал, что мы его обсуждаем. Я тут же торжествующе просияла.

– Вот видишь, – показываю Арсению свой смартфон, испытывая приятное злорадство.

И только я хотела ответить, как Истомин, демонстрируя удивительную ловкость рук, забрал у меня сотовый.

– Что ты творишь? Отдай немедленно! – потянулась к нему, пытаясь достать до руки, но он остановил меня, просто вытянув вперёд свою длинную клешню.

– Да, – резко, низким и даже каким-то угрожающим голосом ответил на мой входящий наверняка встревоженному Гоше. – Нет. С ней всё в порядке. Она по ошибке вам набрала. Да, все пять раз. Сейчас она не может говорить. Кто ей я?

На последнем вопросе Истомин перевёл взгляд на меня, будто сам им задаётся.

– Отдай.

– Да так, любовник на одну ночь, – с этими словами он сбросил звонок.

Сама себя не узнавая, прыгнула на него, как дикая кошка, и потянулась к его красивой физиономии, желая сделать её чуть менее привлекательной. Прошлась короткими ногтями по щеке, оставив после себя кровавый след. Удивлённая тем, как у меня это получилось.

– Поварёшка, какого хрена? Мне теперь уколы от бешенства делать? – шипя сквозь зубы, сжал мои запястья, убирая их от своего лица.

– Я тебя ненавижу. Ты самый мерзкий и гадкий тип из всех, что мне попадались. Какое ты имел право так разговаривать с моим шефом!

Гоша теперь будет думать, что я шлюха…

– Иди собери вещи, Поварёшка. Пока твоих домушников не поймают, ты поживёшь у меня, – абсолютно серьёзно заявляет, приблизив своё лицо к моему. Уверенный, что я ему не откажу.

– Истомин, ты реально такой тугодум? После твоего поросячьего поведения я тебя знать не хочу. Выметайся отсюда.

– Что, наберёшь этому Гоше и расскажешь ему, какая ты примерная девочка? – кривит губы в своей колючей ухмылке.

Ход его мысли очевиден. Собственно, накануне он уже выдвинул теорию о том, что я пытаюсь пристроить свой живот к любому согласному мужику.

Совершенно нет сил бороться. Прикрываю веки, испытывая бессильную ярость.

– Ещё раз, Истомин, для тупых. Я тебя знать не хочу. Ты меня тоже. Звонить тебе было ошибкой, которую я поздно осознала.