Крылья для Ангела

Ведь наверняка интересовался моей жизнью у знакомых.

– Серьезно? – Богдан выгнул брови. – Медсестрой, что ли?

– Нет… Санитаркой, – растерянно ответила я.

– А-а, ну понятно. В институт так и не поступила?

– Да пока не до учебы как-то. – У меня вырвался нервный смешок. – Жить на что-то нужно.

В голове промелькнул вопрос: «Кому я это рассказываю? Он же больше всех остальных знал, что произошло в моей семье».

– Ну да, ну да… – Он понимающе покачал головой. – А я вот приехал всего на пару дней.

Он еще что-то говорил, говорил, говорил, но я утратила дар речи, когда он спросил, есть ли я у него в друзьях ВКонтакте.

Это был выстрел прямо в сердце.

Да, не писал, да, не звонил, не искал в соцсетях, как я уже поняла, бросил в тот момент, когда мне особенно нужна была его поддержка, но чем я сейчас заслужила такое отношение? Почему Богдан всем своим видом показывает, как ему плевать на меня? Ведь если б он заходил на мою страницу, то наверняка бы увидел, что я удалила ее еще в июне прошлого года.

Не вникая, о чем он рассказывал и смеялся, я рывком убрала волосы с левой части лица.

– Из-за этого ты меня бросил? – решительно спросила я.

Глава 4

С лица Богдана исчезла улыбка, он несколько секунд смотрел на мою левую щеку, затем опустил глаза, снял кепку и почесал кудрявую голову.

– Не в этом дело… Просто был выбор: остаться здесь, в Богом забытом городе, или уехать в Москву. – Он надел кепку и поднял на меня взгляд. – Я всё помню, Лин: и наши чувства, и то, что собирались поступать вместе, но… тогда я понимал, что ты со мной точно уже не поедешь. Ты помнишь, как я мечтал свалить отсюда? Реально ждал, когда закончится школа и я скажу «досвидос» этому городу со всеми его нариками и алкашами, а тут такое… – Он снова опустил глаза и глубоко вздохнул.

– Если бы я не стала уродиной, то ты бы остался со мной? – прямо спросила я, и в этот момент у него зазвонил телефон.

Богдан отошел на несколько шагов и прислонил трубку к уху.

– Котёнок, ну где ты? Почему не брала трубку? – И мир вокруг меня перестал существовать.

В этот момент все мои внутренние органы завязались в тугие узелки, а в тело впились тысячи острых шипов.