Последний бой Лаврентия Берии

Держись…

Тишина в кабинете стояла такая – комар бы не пролетел незамеченным. Серго опустил трубку.

– Что случилось? – откуда-то издалека услышал он голос Ванникова и поднял голову.

Борис Львович, бледный и встревоженный, смотрел на него. Серго попытался заговорить, но горло перехватило.

– Выпей воды, ты весь белый, – Ванников взял его за плечо, протянул стакан.

Отпив несколько глотков, Серго наконец обрел голос и, запинаясь, рассказал о случившемся.

– Это чушь какая-то, – мотнул головой Ванников. – Этого не может быть.

Не знаю, что там Амет-Хану привиделось…

– Мне надо домой, – выдавил Серго. – Разрешите отлучиться, Борис Львович…

– Нет. Один ты не поедешь. Я поеду с тобой.

…В переулке возле дома стоял танк, во дворе – два бронетранспортера, солдаты ходили уверенно, как у себя в казарме. Во двор они с Ванниковым попали легко, однако в дом охрана их не пропустила. Борис Львович потребовал объяснений, но молчаливые солдаты на все его эскапады отвечали традиционным: «Не положено!» Серго участия в разговоре не принимал.

Он молча смотрел на дом. Окна отцовского кабинета разбиты, на стене – след от пулеметной очереди. Кто-то подошел сзади, окликнул. Он обернулся – это оказался один из охранников.

– Серго, сейчас вынесли кого-то на носилках, накрытых брезентом…

Охранника тут же нетерпеливо окликнули. Ванников тронул Серго за плечо и направился к машине. Дальше расспрашивать не имело смысла, и так все ясно: военные на бронетранспортере легко снесли ворота и прорвались во двор, поднялся шум, отец подошел к окну – посмотреть, что происходит, и тогда его из пулемета…

Они вернулись обратно.

В кабинете Ванникова было по-прежнему полно народу, он гудел как улей – все обсуждали страшную и непонятную новость. Едва они вошли, как наступила тишина. Ванников снял трубку.

– Никита Сергеевич? – сухо спросил он. – У меня в кабинете находится сын товарища Берия. Перед тем как отпустить его домой, я хочу получить от вас заверения, что с ним ничего не случится. Иначе он останется здесь, или я поеду с ним.

Он помолчал некоторое время, потом положил трубку и повернулся.

– Хрущев, – Серго машинально отметил, что Ванников не назвал его товарищем, – говорит, чтобы ты возвращался к семье и не беспокоился: все будет в порядке. Пойдем, я провожу тебя…

Во дворе уже стояли две машины и человек десять вооруженных людей. Ванников хмуро взглянул на них и обнял Серго на прощание.

– Держись, мальчик, – шепнул он. – Это переворот.