Жизнь в эмиграции. Подробное пособие о том, как стать счастливой в другой стране

В какой-то момент я поняла, что их не хватает и картина собрана лишь наполовину. Остальную половину я собирала, уже руководствуясь собственным опытом, живя здесь и сейчас. Думаю, что буду собирать эту картину всю жизнь, а пазлов так и не хватит.

Знаете о парадоксе Парижа? В России прочно прижилась фраза «Увидеть Париж и умереть». Это какая-то фатальная, для многих несбыточная мечта – оказаться в городе любви и круассанов.

Во мне тоже жила эта мечта: увидеть Сену и Сорбонну, постоять на площадке Эйфелевой башни и оказаться рядом с собором Парижской Богоматери.

И я испытала такое же жестокое разочарование, как и сотни русских туристов, приезжающих летом в этот город. Японский психиатр Хироаки Ота в 1986 году даже дал имя этому туристическому шоку – парижский синдром.

Плохая погода, толпы людей, бесконечные очереди в Лувр, назойливые темнокожие продавцы, ночные патрули из вооруженных солдат, ужасная грязь, вонь в метро и множество беженцев – все это никак не соответствовало моему чудесному воображаемому Парижу.

А Париж был сам собой. Он не обязан нравиться ни мне, ни кому-либо другому. Он просто жил своей обыденной жизнью и вовсе не собирался казаться мне «тем самым Парижем».

Когда я это поняла, то расслабилась и все-таки получила удовольствие от короткой поездки.

Главный урок, который я тогда вынесла, – не питай иллюзий и прими все, как есть. Попытайся получить радость от того, что имеешь, и перестань ныть и раздражаться, что кое-кто или что-то не соответствует твоим ожиданиям.

Это очень трудно сделать. Жалко потраченных денег, времени, нереализованных возможностей. Но кто сказал, что жизнь – легкая штука?

Я осознала, что если хочу влюбиться в Париж, то надо изменить, во-первых, отношение к нему, а во-вторых, обстоятельства.

Приехать не в июле, когда туристические потоки со всего мира зашкаливают, а в октябре. Попытаться выхватить не выходные, а неделю или больше. Уйти из центра и углубиться в переулки, улочки и парки.

И тогда, я уверена, Париж заиграет совсем другими красками.

Но речь ведь идет не только о Париже.

Адаптировалась!

Прошел еще год после регистрации брака. Я осваивала немецкий и искала друзей. С работой было туго. Русскоязычному журналисту в небольшом городе, ориентированном на технических специалистов, шансов найти вакансию по душе почти не было.