С любовью, падчерица

– Ев, поможешь мне с мохито? ? улыбнулась мама и, выйдя из-за стола, пританцовывая, направилась к дому.

– Ты вроде не за рулем, могла бы позволить себе вино? ? войдя в кухню, сказала я.

– Увы, но мне нельзя… ? вздохнула мама, выжимая в графин сок лайма. ? Мне скоро на работу.

Я резко повернулась к ней и захлопала глазами.

– В смысле на работу? Вечером?

– Я вернулась на радио, ? как ни в чем не бывало сказала она.

– Подожди-подожди… Как это вернулась? Ты же работала в компании Марка! Или… я опять чего-то о тебе не знаю? ? прищурилась я.

– Работала, когда у меня была необходимость в деньгах. А с тех пор, как мы с ним начали встречаться, эта необходимость отпала сама собой, ? пожала плечами мама. ? И я снова вернулась к любимому делу. Ты же помнишь, как я любила эфиры, ночные разговоры с радиослушателями, ставить хорошую музыку для тех, кто не спит, м-м-м… ? блаженно простонала мама. ? Я поняла, что не могу жить без этого.

? О-о, я отлично помню, как слушала тебя ночами по нашему старенькому магнитофону, ? хохотнула я.

– Это тот, что ловил радио только на подоконнике в кухне? ? смеясь, вспомнила мама.

– Ага, и по нему нужно было пару раз хорошенечко стукнуть, ? засмеялась я. ? А еще я обожала, когда ты передавала мне привет и ставила песни, которые я просила.

– О, да-а, ? закатила глаза мама. ? В эфире только и звучала музыка, которую любила слушать моя дочь. А теперь меня ночами слушает Марк, ? подмигнула она и бросила в графин листья мяты.

«Ох, мама… лучше тебе этого не знать», ? подумала я, вспомнив, как представляла его, пока стояла в душе.

Я сглотнула ком в горле и равнодушно пожала плечами.

– Хороший вроде бы…

– Идеальный! ? шепнула мама, повернулась к левому плечу, плюнула три раза и, постучав по деревянной столешнице, добавила: – Это чтоб не сглазить!

Мама взяла графин и кивнула в сторону двери.

– Идем, пока наши гости не умерли от жажды.

После этого разговора внутри меня поселилось отвратительное чувство. Ведь стоило только маме заговорить о Марке и ее глаза тут же вспыхнули, лицо засияло, даже голос стал другим, совсем как у влюбленной девчонки.

А напротив нее стояла собственная дочь, та, что буквально пять минут назад прижималась к нему за столом… Змея, которую пригрели на груди, и она уже успела пустить свой яд прямиком в ее идеального мужчину.