Я ведьмочка, а значит, совершенство!

Маг в первый раз перевел взгляд на бумагу и усмехнулся, заметив размер моего вензеля, после этого совершенно спокойно, даже перо ни разу не дрогнуло, расписался сам.

– Вот молодцы, – удовлетворенно пропел нам карлик.

Мы невольно переглянулись.

– Кажется, только что я лишился самого дорогого воспоминания, – как-то задумчиво произнес Элантар, нахмурив брови.

– А я попала в денежную кабалу, – в тон ему ответила я.

Лишь один уважаемый Прахтыншафт был доволен. Он потирал ручки и даже приплясывал на месте.

– А теперь пожмите друг другу руки! – с тем же энтузиазмом произнес финансовый гений. – Вы, уважаемый Элантар Даприс, избавились от недвижимости, которая вас обременяла налогами. А вы, уважаемая Воля Страйк, получили в свое владение очень коммерческий дом, который легко может отбить ваши проценты по кредиту!

Демоны, лучше б я вам душу продала, честное слово! Тем более там мало что осталось от живого.

– Руки пожмите!

Сильный пинок в то же самое мягкое место вывел из собственных мыслей, заставив сделать несколько шагов в сторону Элантара.

– Наверное, надо было договор под кровь подготовить, – как-то задумчиво произнес уважаемый Прахтыншафт.

– Не надо! – запальчиво отбилась от обоих мужчин разом, один из которых доходил своим ростом до моего бедра, а второй возвышался громадиной. – Уважаемый Элантар Даприяс, очень рада была заключить с вами сделку! – протянула руку для рукопожатия.

Маг ответил и задержал мою руку на несколько мгновений дольше, чем положено. Дернула раз, перевела взгляд на мужчину и дернула во второй.

– Сделку, – как-то подозрительно протянул Даприс.

– Сделку, – кивнула, подтверждая его слова, – ведь я купила у тебя дом.

Элантар отпустил мою руку, и я смогла отступить на несколько шагов назад. Лицо мужчины было каменно непроницаемым, но меня это уже не волновало. Посмотрела на суетящегося карлика, который посыпал песочком наши подписи.

Каким-то непонятным образом чернила стали сливаться на бумаге. Вместо привычных букв моего имени и мага чернила перекатывались по пергаменту, складываясь в слова.

«Ступени трона обагрив, он чист душою оставался. Дитя младое припустив, в миру людей обосновался. А кланы демонов, грызясь, поделят мир не только свой.