Сказка о зеленоглазой колдунье и семи богатырях

Конечно, с моей силой я и сама могу уйти от сюда, из подземелья не сложнее было, но не хотелось бы рушить терем ради того, чтобы доказывать свою правоту.

– Поможем, – кивнул домовой и повернулся к своим домовихам. – Ведьме помогать во всем, природная она. Что скажет, всё делаете. У природных ведьм сердце доброе, зла не сделает.

Домовой степенно растворился в воздухе, не утруждая себя прохождением сквозь стены. Домовихи шушукались и подпихивали друг друга.

– Хозяйка, чем помочь можем? – поклонились они.

– Искупаться мне, а то в лесу ночевать пришлось, – сказала им с улыбкой, зная, что нет ничего лучше, чем попросить домових сделать то, что они умеют.

– Так мы сейчас, хозяюшка, – засуетились тут же домовихи и скрылись из светелки.

Наступила тишина, даже непривычно стало как-то. Матерь Сва спокойно покачивалась, она все знала, ее ничего не беспокоило. А меня беспокоила вся эта ситуация.

Собралась домой – попала в руки к князю, хотела помочь ему – заперли в светелке. Что ж за судьба такая.

– Веселина, – проговорил голос князя от дверей.

– Сгинь, окаянный! – швырнула в него мокрое полотенце, которым как раз мылась перед этим.

– Не подумаю, – зашел князь в светелку и дверь за собой на ключ закрыл.

Оглянулась – домовихи шустро убегали из светелки, нет мне помощи и поддержки.

Потянула на себя еще одно полотенце, не сводила с него внимательного взгляда.

– Ты как сюда вошел? – подозрительно спросила Игоря.

– У матери ключ взял. Я же тебе муж, ты же не захотела быть невестой, – улыбнулся он мне.

– А если бы была невестой? – спросила его.

– Ключ не дала бы. – князь был доволен такой ситуаций и просто лучился счастьем.

– Я на жену тоже не соглашалась, – возразила ему.

– Мать и народ признал в тебе мою жену.

– Жена, говоришь? – мстительно прищурилась, – Тогда раздевайся! – приказала ему.

– Что? – опешил князь.

– Если я тебе жена, значит, ты мне муж? – сладко улыбнулась ему, скрывая хищную улыбку. – Раздевайся, и ко мне, купаться вместе будем, – промурлыкала ему.

Глаза князя полыхнули огнем, он быстро разделся, срывая с себя одежду. Остался обнаженным. Наклонила голову, с прищуром оценивая его.