Скажи мне, где я

Я принимаю мгновенное решение и выбираю единственный возможный вариант: усаживаюсь на его пустой стул. Не оборачиваясь, накладываю на его чистую тарелку немного картофельного пюре.

– Как дела, ребята? – непринужденно обращаюсь я к парням, с которыми он говорил. Они в растерянности смотрят на меня. Готова поклясться: у Стратегов так выглядит состояние шока.

Внимательно слежу за парнем напротив, который переводит взгляд на Брендана. Судя по тому, как он опускает глаза чуть ниже, а также по ощутимому давлению на стул, догадываюсь, что Брендан схватился руками за спинку.

– Я бы на твоем месте не стала этого делать, – говорю я, пережевывая картофельное пюре с чесноком. – За залом пристально следит целый стол учителей, и если я грохнусь на пол – а я уж об этом позабочусь, – это будет выглядеть так, будто ты затеял драку.

– Ты думаешь, мне не все равно, как это будет выглядеть? – надменно спрашивает он. Его слова раздаются так близко к моему затылку, что волосы у меня на шее встают дыбом.

– Думаю, что нет, – отвечаю я, не оборачиваясь. – Потому что единственное, чего никто так и не сумел понять, это как мне удалось то, чего не удавалось другим, – попасть в Академию в семнадцать лет. Может, я более влиятельна, чем тебе представляется. И может быть, может быть, я использую свое влияние, чтобы сделать твое пребывание в темнице особенно неприятным. – Это риск. Делаю ставку на предположение, что он никогда не был в темнице, учитывая, что вся школа практически вертится вокруг него.

Чувствую, как он крепче стискивает спинку стула, и слышу его глубокий вдох.

– Приятно было с вами познакомиться, – говорю я парням за столом, встаю со стула по другую сторону от Брендана и направляюсь к Эшу и Лейле, радуясь, что обошлось без драки.

– Страшно подумать, какие ужасы ждут твоего отца, – говорит он мне в спину, и я замираю на месте.

Сердце подскакивает в груди. Сжав кулаки, я резко оборачиваюсь. Секунду мы с Бренданом смотрим друг на друга полными злобы и ненависти глазами.

Прежде чем я успеваю сделать шаг в его сторону, Инес встает из-за стола и преграждает мне путь. Рыжая коса вьется у нее по спине, глаза горят упрямым огнем.