Кадетки Академии национальных сил

Рад поднялся к моим губам и снова долгий и желанный поцелуй, на который я с удовольствием отвечала. Руками гладила его кожу на спине, груди. Ноги сами обняли, лишь только он приблизился ко мне. Было так чудесно, хорошо и приятно быть в его власти, быть во власти его рук, его ласки. Он был нежен, терпелив, но настойчив. Рад знал к чему идет и стремился к этому. Я покорно отдавалась его воле, следуя за ним, понимая, что он лучше меня знает, что нужно делать.

Неожиданно он сделал толчок в меня, я вскрикнула от боли и от неожиданности.

Мне говорили, что в первый раз может быть больно, но не так же! Я возмущенно попыталась выползти из-под него.

– Прости, я не знал, я буду аккуратнее. – Произнес он тихо, глядя мне прямо в глаза.

Что аккуратнее? О чем он? Мне этого не надо! Я хочу это прекратить! Я стала сопротивляться, отталкивать его от себя.

– Уйди! – прорычала я, оттаскивая его за плечи от себя, он не поддавался.

– Прости, я не знал, тебе надо было сказать, что это впервые, я был бы осторожнее. – Спокойно проговорил Рад.

– Что осторожнее? Уйди! Я ничего не хочу.

– Прости, я уже не могу тебя отпустить, потерпи немного, я постараюсь быть аккуратнее, – говорил он это все, глядя в мои расширенные от ужаса глаза.

Он стал двигаться во мне, не так резко как в первый раз, но все равно очень болезненно. Я держалась изо всех сил, чтобы не плакать. Как же так может быть? Почему так больно? Видимо бабушка была права, когда говорила что в первый раз нужно быть с любимым мужчиной, тогда можно перетерпеть эту боль.

А этот. Как же он мне стал противен, напоил шампанским, слушал, как я распинаюсь тут сижу, ловил момент урод.

– Рад, прекрати, мне больно. – Почти простонала я, отталкивая этого урода от себя.

– Прости, я быстро, – действительно задвигался еще быстрее, дыхание участилось, взгляд уперся в мою грудь. А мне больно.

– Урод, – не выдержала я, – прекрати.

Он толкнулся в меня еще раз и замер на мне, обмякнув. Как же противно, гадко.

Чуть только он шевельнулся, давая возможность мне дышать, я столкнула его и подскочила на кровати.

Его белое покрывало было в моей крови, но это меня мало волновало. Я вскочила, подхватила трусики, одела их на негнущиеся ноги, запрыгнула в юбку, накинула кофту, побежала к дверям. Двери с шипением открылись.

– Ник, вызовет тебе такси, – понеслось мне вслед.

Я надевала на ходу кофточку, пыталась попасть пуговицами в петельки, и атавизм этот меня добил, когда я встретила Ника в холе, внизу лестницы.