Неферт

Клянусь тебе, Нахт, я в жизни не слышал более страстной мольбы из более красивых уст – да только умоляли меня, к сожалению, о том, чтобы я непременно привел другого. Будет старая школьная компания, все свои…

– А, не хочу… Езжай без меня, – поравнявшись с Неферт, Нахт улыбнулся ей одними глазами, показывая этим, что должен проводить гостя. – А что касается Яхи, то пусть прохладится горным снежком, так ей можешь и передать. Я не люблю, чтобы женщины о себе напоминали.

– Положим, это я знаю. Но клянусь Бесом, такими женщинами, как танцовщица Яхи, все же не бросаются.

– А уж это не твоего ума дело, – в удаляющемся голосе Нахта неуловимо проскользнула такая нотка, что Неферт не позавидовала его собеседнику.

Вскоре со стороны верхних ворот послышался грохот отъезжающей колесницы.

Танцовщица Яхи… Неферт доводилось слышать это имя от взрослых, посещавших пиры в Великом Доме: это было имя исполнительницы главной роли в танце «ветер». «Врывающаяся, как огненное дыхание Сетха», «жгучая», «легкая, как языки пламени»… И сейчас эта женщина хочет танцевать не для иностранных послов, а для Нахта… Для Нахта!

– Эй, змейка, ты где?

– Нигде, – ответила Неферт, глубже отступая в темноту.

– Выползай и не шипи.

– А почему тебя так зовут на этот пир?

– Мало ли куда меня зовут. Так ты остаешься в этих кустах? Тогда я пошел.

– Погоди! – Неферт выбежала навстречу брату. Сердце ее, как всегда, радостно екнуло, когда знакомые сильные руки на мгновение подняли ее в воздух.

– А кто этот гость, который приезжал тебя звать? – спросила она еще чуть-чуть сердито.

– Амени? Разве ты его не знаешь? Он же приятель нашего соседа, казначея Сети, стало быть – двоюродный брат твоего приятеля Инери.

– Моего приятеля?! – Неферт в гневе топнула ногой. – Никакой он мне не приятель!

– Неужто? Вы довольно забавно играли вместе, когда вам было года по три.

– Очень мне нужно с ним дружить! Я его просто ненавижу, я его так ненавижу, что готова выцарапать ему глаза! И он меня – тоже! Он говорит мне всякие гадости и швыряется в меня камнями! Очень больно!

– Так я ему уши надеру. Завтра же, – жестко сказал Нахт.

Неферт на мгновение увидела перед собой смуглое лицо Инери – и невольно удивилась впервые подмеченной ей странности, которая была в этом лице.