Шавела

Я пил кофе, отвечал иногда на вопросы, переводимые Георгием, но больше слушал, вернее, вслушивался в такие загадочные слова: «споразумение», «печалба», «далавера»… К вечеру контракт был официально подписан и болгарской стороной.

Небольшой компанией, в которую, кроме Георгия и руководителя фирмы, входило еще несколько их сослуживцев, мы отмечали приятное для всех событие в каком-то знаменитом софийском ресторане. Пили мягкую и душистую ракию, ели сочные пряные кебапчета, смотрели, как под зажигательную балканскую музыку на углях танцуют босые нестинары.

Георгий утверждал, что знает секрет нестинарства и тоже может ходить босым по огню. Я в шутку взял с него обещание, что он научит и меня.

Все казалось замечательным в конце этого длинного дня. У меня было прекрасное настроение оттого, что я отлично справился со всеми запланированным делами. И утром, и днем, и вечером. Поэтому, вернувшись в гостиницу и приняв душ, я заснул, блаженно улыбаясь.

Утром мне никуда не нужно было торопиться.

Этот день был резервным. И так как мы успели все сделать сразу по прилету, то теперь я был свободен до обратного вечернего рейса.

Еще за ужином Георгий предложил показать мне Софию, выступить в роли гида. Но я, поблагодарив, отказался. Мне хотелось побыть одному, хотелось продлить в себя такое приятное ощущение того, что я все сделал как надо, что все теперь будет как надо. Так что, позавтракав и прихватив в гостинице карту, в одиночку вышел на улицу, собираясь осмотреть ближайшие достопримечательности.

Сначала все шло так, как мне и хотелось. Я с удовольствием пялился на немного обшарпанные, милые трех-, четырехэтажные домики, на слоняющихся туристов, говорящих между собой и по-английски, и даже по-русски, на курящих прямо за прилавками магазинов продавщиц в блузах, украшенных огромными фирменными лейблами.

Да, все это было приятно-забавно, однако вскоре я заметил, что, улыбнувшись чему-то, поворачиваю голову в сторону, чтобы поделиться своими наблюдениями-впечатлениями с… Рядом должна была быть… Да, она… Ирина.

Мне не хватало ее. Хотелось мне или не хотелось, но я думал о ней. Определенно. Будь она здесь, мы бы сейчас вовсю обсуждали вот эту древнюю, вросшую в землю церковь Свята Неделя и этот величественный собор Александра Невского, и этот странный памятник русскому царю Освободителю…

Ирина была архитектором, хорошим, увлеченным своей профессией архитектором. И ей всегда было что сказать в любом городе мира.