Сила любви

Мы с Наби на июнь договаривались, – заключил свою речь дядя Шамиль.

– Дядя! О чем ты говоришь? Что еще за Наби? – возмутилась Лала. – Я вообще замуж пока не собираюсь. Я хочу при первой возможности вернуться в Грозный и продолжать учебу, – добавила она.

– Нет, золотая моя племянница. Я уже принял решение и достойному человеку пообещал. Ты у меня как старшая дочь, а мне надо еще Шамсию выдавать. А младшая сестра, по нашим обычаям, не должна выходить замуж раньше старшей. Подумай о матери и о брате. Я что ли должен их содержать? А Наби ты видела.

Это директор рынка из Урус-Мартана. Лучшего жениха и быть не может, – уже начиная раздражаться, заявил Шамиль.

– Не пойду я за этого противного толстяка! Вы не можете меня заставить, – со свойственной ей прямотой заявила Лала.

– Я не собираюсь с тобой спорить. Я уже всё сказал. Ты должна быть мне благодарна, что я не убил тебя после того, как ты помогла бежать пленным. Теперь пусть Наби возится с тобой, раз он этого так хочет. Можешь идти, – заключил Шамиль.

– И не надейтесь, ничего у вас не выйдет, – Лала вылетела из гостиной и побежала искать мать.

На женской половине первой ей встретилась Шамсия.

– Ты уже поговорила с отцом? Я так рада за тебя, сестренка! Ты выйдешь замуж уже в следующем месяце, а мне ещё ждать и ждать, – стараясь скрыть ехидство в голосе, пропела она.

– Сама выходи за этого старого толстяка, если так мне завидуешь, а меня оставь в покое! – оттолкнула Лала лживо улыбающуюся сестру.

Мать она нашла на кухне.

Аминат возилась с тестом.

– Мама, ты слышала, что дядя удумал? Объявил мне, что замуж меня выдает за старика, директора рынка из Урус-Мартана. Так я ему сразу сказала, что этому не бывать. Нам нужно немедленно уезжать отсюда! Ведь так, мама?

Аминат подняла на дочь печальные, полные слез глаза.

– Да, доченька, я знаю об этом. Как всё повторяется. Меня тоже хотели выдать за брата первого секретаря райкома немолодого Ису. Но появился твой отец и спутал им все карты. Может Аллах смилуется над тобой и пришлёт второго Магомеда, на всё его воля.

А ехать нам некуда. Идет война. Мы можем не доехать живыми до Грозного, а если доберёмся, то кому мы там нужны. Город в развалинах, все наши знакомые разъехались по селам. Не возмущайся дочка. Может стоит смириться со своей судьбой и довериться Аллаху. И не надо злить дядю, он кормит нас и по-своему желает тебе добра.

– Я не узнаю тебя, мама! Как ты можешь себе представить, что я смогу жить с этим уродом.