Сила любви

– Это сегодня мы ещё живем в России, но поверь мне, скоро страдания нашего народа закончатся. Сколько можно терпеть власть русских. Разве можно им простить высылку наших дедов и отцов с земли предков, – не успокаивался Шамиль.

Ты не совсем прав, Шамиль. Высылал наш народ Сталин, который не был русским. Это исчадье ада всю страну превратил в сплошной лагерь. Он издевался не только над нами, но и над всеми, населяющую нашу страну народами, в том числе и над русскими, – горячо возразил Магомед.

– Да, ты совсем стал чужим, пьешь водку, дочь твоя шляется до полуночи, как её русские подруги, а сам ты им служишь.

Смотри, чтобы тебе не пришлось вместе с ними уехать из нашей независимой страны, в которой наши женщины вспомнят, как одевались их прабабушки во времена великого имама Шамиля, и не будут уподобляться русским шлюхам, – гневно прокричал Шамиль.

– И снова ты всё передергиваешь. Вспомни, как рассказывали наши отцы, что не выжили бы они в казахстанской ссылке, если бы не помощь местных людей, русских и казахов.

И я не думаю, что наш народ захочет вернуться в прошлый век, в который ты так стремишься, с трудом сдерживаясь, ответил Магомед.

– Пошли лучше спать, мы оба устали сегодня и разговор у нас не клеится, – подвел черту горячему спору Магомед и первым поднялся из-за стола.

Ночью, лежащая рядом с мужем Аминат, с удивлением спросила:

– Послушай, Мага, а что это Шамка стал таким фанатиком? И выпить с тобой не захотел. То же мне правоверный мусульманин, небось забыл, как в молодости ногу по пьяни повредил.

А теперь стал такой набожный. Вечером, ещё до твоего прихода, совершил намаз в комнате Руслана, даже коврик специально с собой привёз.

– Я думаю, дорогая, что твой Шамиль всегда хотел быть лидером и управлять другими. Но никчемный он человек. Только своей Мисиду и детьми командует. А тут национализм развернулся. Вот он и хочет на этой волне выплыть, раз по-другому не получается, – ответил жене Магомед.

В тоже самое время, когда родители обсуждали дядю Шамиля, лежащая в своей постели Лала, тихо радостно смеялась. Видел бы её дядя Шамиль, в голубом платье, а ещё лучше в розовом купальнике бикини, который она купила у Викиной мамы, за товаром ездившей в Турцию.

– У него вообще глаза из орбит вылезли бы. Вот бы потеха была. А я должна обязательно показаться в этом купальнике Ване. Он совсем с ума сойдет, – уже засыпая, подумала Лала.