Ба

Кажется, он чувствовал себя новым Конюховым и был уверен, что обогнёт земной шар по крайней мере двадцать раз. Но стоило признать, что рассказывать у Вадима получалось намного лучше, чем печь блины, потому что за всю смену он не приготовил ни одной сносной оладьи.

Я с приятным послевкусием плодотворного рабочего дня шла к метро и насвистывала, когда услышала пробудившийся голос Алёны:

«Ты могла меньше болтать с тем придурком? Раздражает».

«В личное время делаю что хочу» – спокойно ответила я, спускаясь в метро.

«Он выглядит подозрительным, держись подальше».

«Да для тебя все выглядят подозрительными, – начала раздражаться я, впихиваясь в тесный вагон. – Ты могла бы позволить мне подружиться хоть с кем-нибудь из группы в универе».

«Не понимаю, почему тебя так тянет на бесплодные разговоры… – тоже бесилась Алёна. – Какой смысл обсуждать способ передвижения? Вы час говорили про автостоп, это же бессмысленно! Всё равно что час обсуждать процесс ходьбы. Понимаю, если поставить вопрос о феномене прямохождения в целом…»

«Ой, заткнись! Неужели ты ни с кем не общалась, когда в прошлом жила в деревне? Я думала, в сёлах все – одна семья и нельзя пройти мимо соседа, чтобы не обсудить деревенские сплетни».

«Проклятье, так и было, – чуть ли не скрежетала зубами Алёна, – и я это ненавидела».

«Неужели никогда не было человека, которого ты могла назвать другом?»

«Хм…, – задумалась Алёна, но потом равнодушно ответила, – никогда».

«Теперь понятно, почему ты такая злая… – сочувственно вздохнула я.

 – Послушай, я понимаю, что у тебя была непростая, горькая жизнь. Ты и голодала, наверное. Хотя я до сих пор так мало знаю о тебе… Но пойми, теперь всё иначе. Не знаю насчёт твоего века, а у нас люди нормальные по большей части. К тому же в университете мы сможем найти тебе интересного собеседника, я уверена!»

Алёна замолчала на минутку, а я обратила внимание на лицо странно смотрящей на меня женщины. Та хмурила брови и куталась в цветастый шарф, смотря мне в область рта.

Я приложила руку, боясь почувствовать, что непроизвольно шевелю губами, снова болтая сама с собой. Но нет, на этот раз обошлось.

На пересадке люди плелись к эскалатору медленно, как караван беременных верблюдов по пустыне, и я думала, что не попаду домой, застряну под землёй в центре города, так и не найдя оазис.

«Ладно, поговорим завтра с кем-нибудь», – неожиданно согласилась Алёна.