Хронические одиночки 2

Аня и так вся измучилась, не нужно вам сейчас видеться.

– Ты меня тоже ненавидишь, да? – тихо спросил Костя, глядя ей в глаза.

– Не надо об этом. Я просто зла на тебя. Как ты мог так поступить с моей сестрой?! – Соня не сдержалась. – Ты же знаешь, что она ужасно впечатлительная и ранимая! Ты знаешь, что с ней творится? Она рыдает днями и ночами, без остановки… Я уже смотреть не могу, как будто она снова маленькая девочка, которую бросила мама. Естественно, я тебя ненавижу! Уезжай, не мучай Аню. Уезжай!

Парень, к удивлению, послушался.

Однажды вечером Соня решила напоить сестру, чтобы хоть как-то попытаться облегчить ее состояние. Они пили на кухне и проклинали Костю, когда пришел Дима. Аня была совершенно размазана, она покосилась на парня и выдала.

– Черт, до чего же ты похож на своего братца, даже глазам моим больно. Скройся куда-нибудь, не трави душу.

Соня пьяненько засмеялась.

– Да, они похожи. Хоть и троюродные, странно, да?

– Они не троюродные, а родные, дура.

Соня была уверена, что сестра несет чушь, но Дима вдруг напрягся и посмотрел на жену.

– Это так, Сонь. У нас один отец. Прости, что не сказал, но это слишком старая и болезненная для всех история. Я обещал брату никому не говорить об этом.

Софья долго не могла поверить, они с Димой ушли в свою комнату, чтобы поговорить. Сказать, что Соня была в шоке – ничего не сказать.

Утром девушки тоже обсуждали это. Аня рассказала все, что знала сама. Что Костю ненавидела его мать, как его всю жизнь травили за то, в чем он, собственно, не виноват. И почему он вырос таким, какой он есть. Как он не мог поверить, что кто-то может полюбить его, заботиться о нем.

Теперь пришла очередь Сони рыдать над этой историей.

– А я всегда его недолюбливала. Оказывается, он просто… – Софья уже опять давилась слезами. – Я всегда очень удивлялась, почему он так сильно привязан к тебе, как ни к кому другому.

– Да, Соня. Помнишь, все считали его поверхностным, примитивным созданием, избалованным красавчиком, который только и знает, что развлекаться и снимать баб. Он был просто болен одиночеством, и страдал, как никто из нас. Я приемный ребенок, у меня ни одного родственника, но Костя в миллион раз несчастней. Он считал себя грязью, мерзкой смесью всего самого ужасного, что есть на свете, изнасилования, наркоты, инцеста.