Министерство Астрологии

Решаем на основании массивов данных о совершенно других тиграх из заповедника с Дальнего Востока, живущих в совершенно других условиях. И единственное общее, что у них есть с нашими тиграми, – периоды рождения.

– Мы, прошу прощения, в Министерстве Астрологии сидим, – напомнил Максим.

– И дело не столько в цифрах, – продолжила Алла, – сколько в отношении. Быть может, у Мегеры вообще не может быть тигрят. Но ей хорошо в Московском зоопарке, и смотрителям с ней хорошо, и посетители её любят. Видели, как смотрители с ней обнимаются, целуются и играют, как с домашней кошкой? А видели, как дети на неё смотрели и просили у родителей футболку с ней в сувенирном магазине? Разве она не достойна спокойной счастливой жизни? Она могла бы прожить хорошую тигриную жизнь в Московском зоопарке.

Да, она не хочет спариваться с соседом по вольеру. Но захочет ли она это делать в Новосибирске? А если не захочет, её будут принуждать? Это справедливо?

– Алла, ты забыла, что мы говорим о животных, – сказал Максим. – Мы не можем знать, есть ли у них эмоции и действительно ли тигрица привязалась к смотрителям.

Мы лишь можем действовать с точки зрения рациональности. Да, ей может не понравиться переезд и сначала не понравиться новый самец. Но они вымирают! И, не подумай, я всем сердцем люблю тигров. И именно поэтому я говорю, что выживание вида важнее дискомфорта отдельно взятого тигриного индивидуума.

– Давайте успокоимся, – предложил Зингер.

– Нет, что ты, это очень интересно! – улыбнулся Ибрагимов. – Итак, Алла, твоё мнение?

– Оставить Мегеру в зоопарке хотя бы до более тщательной проверки с участием ветеринаров и прочих компетентных экспертов.

– Максим, твоё мнение?

– Перевести тигрицу в Новосибирск, потому что её шансы забеременеть повышаются. Повышаются от нуля до двадцати-тридцати процентов, не мало!

– Прекрасно! – хлопнул в ладоши Ибрагимов. – Максим, прости, но Алла кажется более убедительной.

От удивления брови Аллы взлетели на лоб.

– То есть теперь мы множим круги бюрократии и добавляем докторов, экологов, зоозащитников, юристов, парикмахеров, айтишников… – заметил Макс.

– Прошу прощения, мне пора идти, – поднялся с кресла Ибрагимов. – Алла, на секундочку…

Ибрагимов и Алла оказались одни в коридоре, когда начальник захлопнул дверь в кабинет Зингера за собой.

– Хорошо, что ты уверенно чувствуешь себя в коллективе, молодец, – улыбнулся Ибрагимов. – Как коллеги?

– Мы ладим… Андрей, спасибо за поддержку.

– Пустяки.