Тайны скрытого мира и его невероятные обитатели

Ночью он кажется черным, а на самом деле у него подпушка серая. Мы его отмоем, его никто и не узнает. А глаза у него вон какие необычные – голубые, поэтому они ночью так светились. Всем можем сказать, что решили собаку завести большую для безопасности.

Никита только сидел и улыбался.

– Знаешь, как я тебя люблю, бабуля, – проговорил он.

Все постепенно устроилось. Мама с папой согласились, чтобы пес остался. Волкодав быстро шел на поправку, веселил все семейство тем, что хрустел морковкой, а печенья принимал как лакомство.

Никита выходил с ним на небольшие прогулки в безлюдных местах. Надо сказать, что раны у пса совсем зажили, он прибавил в весе и подрос.

– Давай-ка мы тебя помоем, дружочек, совсем красавцем станешь, – предложила бабушка.

Никита притащил шланг и включил воду. В такой жаркий день псу было приятно искупаться. Никита намылил ему спину, лапы.

– Осторожнее, голову лучше не намыливать, и смотри, уши не мочи, – предупредила бабушка.

После помывки пес отряхнулся и уселся сушиться на солнышке, будто улыбаясь раскрытой пастью.

– Никто теперь и не догадается, что этот пепельно-серый, чистый, веселый и послушный пес – тот самый жуткий волкодав, – улыбнулась мама.

– Только вот имя тебе мы так и не нашли, что ни придумывали, все не то, – отозвался папа.

Пес слушал, потом, сложив губы трубочкой, поднял голову вверх и первый раз подал голос. Вместо «гав» у него получилось дружеское «вуф».

– Правильно, Вуф! Так и будем тебя звать-величать! – рассмеялся папа.

Превратности судьбы

Однажды Никита вызвался забрать в городе посылку, идти было километров семь, не меньше. Пришел на почту к открытию, получил посылку, да еле поднять ее смог. Несет и думает: «Ничего-ничего, раз она такая тяжелая, значит, там что-то важное и нужное». А посылка эта по форме как гигантская таблетка, неудобно ее держать, из рук выскальзывает. «Буду катить», – решил Никита и покатил. Скоро его нагнала хлебная повозка, запряженная усталой лошадью.

– Садись, подвезу, ты же из нашей деревни. Я тебя знаю, ты когда хлеб покупаешь, всегда мою кобылу морковкой угощаешь. Издалека никак разобрать не мог, что это ты делаешь. Вот, думаю, экий муравей. Уж больно ты меня рассмешил!

– Я только посылку положу, а сам рядом пешком пойду, лошади и так тяжело в гору телегу тащить.