Клеймо дьявола

Зеленые обложки и поля, которые требовалось расчертить красным карандашом. Одна шариковая ручка. Один простой карандаш. Короткая деревянная линейка, которую я побаивалась.

И это все для меня! Столько обновок мне не доставалось никогда. Совершенное богатство. Вполне легальное, не как тот осколок фарфоровой тарелки с цветочком, который я нашла на улице год назад. Тогда мать брала меня, чтобы купить башмаки. Я долго любовалась на тонкую роспись на белом треугольном осколке. А потом это увидел отец, и меня ожидала всенощная одиночная служба, чтобы замаливать свой грех.

Наверное, в тот день, первого сентября, я стала взрослой. В семь лет. Мне велели одеться в черные колготки, черные, почти мальчишечьи туфли, в новое темно-синее платье. Никаких белых бантов. Никаких гольфиков с оборочкой. Никаких цветов для первой учительницы. Никакого праздника.

Я, собственно, не осознавала, что вот этот день должен стать для меня праздником. Мне следовало просто идти в школу. Неведомое и немного пугающее место, к которому меня совершенно никак не готовили.

Мать выставила меня за ворота и сказала идти. Сопровождать меня в этом важном деле никто не собирался. Впервые я оказалась предоставлена самой себе. Относительно, конечно.

Где располагается школа, я примерно представляла. Вцепившись в лямки новенького, такого красивого, как мне казалось, портфеля, я зашагала по улице. Пару раз оглянулась, но наша калитка так и осталась запертой.

А потом я увидела своих будущих одноклассников. Впереди шла красивая женщина и вела за руки красивых девочек.

Они шли такие яркие! Их волосы были чуть завиты и шикарными локонами спадали на плечи. У обеих были огромные воздушные банты на головах. Такого белого цвета, что слепили на солнце глаза. И нарядные белые блузочки. И туфельки с пряжками. И розовые ранцы с картинками, которые почему-то никто и не подумал стирать. А еще эти девочки несли по маленькому букетику астр.

Я, завороженная красотой, шла за ними. И чем ближе мы подходили к школе, откуда неслась музыка, тем больше нарядных, шумных, веселых людей мне встречалось.

С каждым шагом мне становилось нехорошо. Мне стало так страшно, что я хотела уже повернуться и побежать домой. И никогда больше не выходить за порог.

Все казалось странным и непонятным.