Я тебя спасу

Когда Галя поворачивала голову в сторону коридора, где санитары упаковывали мёртвое тело в чёрный пластиковый мешок, становилась видна проплешина в волосах.

– Он вас бил. Систематически и сильно, – сказала Анна. – Почему именно сейчас вы решили за себя постоять?

– Анна Валерьевна, можно вас на минуточку? – позвал её из коридора майор Дмитриев.

– У вас есть с кем оставить ребёнка? – кивнув майору, спросила следователь.

– Маме. Мама, наверное, её возьмёт. Я… вы же меня арестуете? Я ведь убила, – Галина всхлипнула.

София, тонко почувствовав состояние матери, скуксилась и начала плакать.

– Анна Валерьевна! – снова позвал Дмитриев.

– Звоните, – посоветовала Скочилова, поднимаясь с кресла.

Анна передала женщине стационарный телефон. Галина на автомате отшатнулась от аппарата, оказавшегося рядом с её лицом. Но быстро взяла себя в руки и принялась набирать номер.

– Что случилось? Нашли свидетелей? – следователь смотрела на полицейского снизу вверх.

– Вы в своём уме? Вы зачем ей версию подсовываете? – злым шёпотом спросил Дмитриев, проигнорировав вопросы Анны.

Анна внимательно выслушала майора, глядя прямо в его недовольное лицо. Если бы не хмуро сдвинутые густые брови, неровно сбритая щетина, и немного косящий правый глаз, майора Дмитриева можно было бы назвать симпатичным. Даже тонкий шрам, тянущийся по подбородку вверх до нижней губы, его не портил.

– Значит так, Александр Борисович, – спокойно, насколько это возможно, произнесла Анна, – указывать мне по какой статье «возбуждаться» не ваше дело. В рамках следственно-розыскного процесса вы у меня в подчинении и выполняете то, что я вам говорю. Надеюсь, вы это понимаете. А если нет, то вашему начальству стоит отправить вас на какие-нибудь курсы.

Дмитриев скрежетнул зубами. Эта следачка – просто сука! Вечно разговаривает через губу, как будто опера – тупые чурбаны; собаки, которые понимают только команды.

– Да тут же всё понятно! Что резину тянуть? – продолжал возмущаться майор. – Она его забила доской и ножом. Всё. Вину не отрицает.

– И мотив, конечно, «внезапно возникшие неприязненные отношения»? – сыронизировала Скочилова. – Он её лупил, на ней живого места нет. Я буду настаивать на судебно-медицинской экспертизе. Думаю, найдём сросшиеся переломы.