На одной стороне

Мы выбрали самый дальний угол парка, где совсем не было людей. Анастасия долго рассказывала мне о прошлом, о структуре временного континуума и еще о многих сложных вещах, которые должны были помочь мне понять, как происходят перемещения во времени. Вот только моему глубоко гуманитарному складу ума они не помогали, а только запутывали. Слава Богу, что вскоре мы от теории перешли к практике. Анастасия попросила меня встать и представить у себя в голове то место, куда я уже перемещалась. В начале, я подумала, что это не составит большого труда, но позже оказалось, что это было не таким уж простым занятием.

В моей голове не могла сложиться полноценная картина. Отдельные фрагменты моих воспоминаний упорно не хотели складываться воедино, как будто не хватало какой-то детали. Анастасия говорила, что мне нужно лучше сосредоточиться, но моя интуиция подсказывала мне, что дело не в этом. Мама писала в дневнике, что ей помогали сосредоточиться хорошие воспоминания. Я закрыла глаза и начала вспоминать, что хорошего со мной происходило в последнее время.

Однако, почему-то ничего приятного или смешного совершенно не приходило мне в голову. Я уже хотела сдаться и сказать Анастасии, что у меня не получится, как вдруг на моих губах появилась улыбка, потому что я вспомнила смешной и немного глуповатый вид Вани, когда он впервые увидел меня.

Я открыла глаза, потому что боялась, что Анастасия будет не очень довольна тем, что я смеюсь вместо того, чтобы сосредоточиться на перемещении.

Вот только Анастасии рядом со мной не оказалось.

Да и я сама была не в тенистом парке, а на том самом месте в прошлом, куда и хотела попасть. Услышав голоса, я быстро спряталась за находившуюся рядом постройку. Из дома вышел Ваня с каким-то уже немолодым мужчиной. Наверное, это был его отец. Было похоже, что он провожает Ваню куда-то.

Вскоре из дома выбежали еще два мальчика и девочка. Они целовали Ваню и постоянно плакали, что, видимо, очень не нравилось их отцу, который сделал суровое лицо и велел им возвращаться обратно в дом.

Однако, сцену прощания нарушил пришедший незнакомец. Это был мужчина средних лет, но уж очень толстый, что видимо доставляло неудобства даже ему самому.

Увидев этого человека, Ванин отец сразу же изменился в лице и поспешил ему на встречу.

– Никита Иванович, дай Вам Бог здоровья! Зачем же Вы утруждайтесь? Я бы сам к Вам зашел завтра, обо всех делах доложил – торопливо произнес он.