Неадекватная няня

Подойдя к стойке со множеством рубашек, висящих на плечиках, принялась рассматривать ткани, выбирая нежные голубые тона.

– Ачхии!.. – раздалось где-то совсем рядом, заставив моё сердце биться чаще от испуга.

Покупатели толпились на противоположной стороне, выбирая детские коляски. В недоумении огляделась вокруг и, не заметив источника шума, принялась дальше рассматривать вещь, которую держала в руках.

– Ачхии!

– Вот же чёрт! – вскрикнула я негромко и тут же пригнулась, уловив взглядом за ширмой из одежды чьи-то пританцовывающие ножки в кроссовках детского размера.

– Я не чолт… – послышался нерешительный голос из-за нескольких слоёв одежды. – Я Илья…

– Ты меня напугал, Илья. А меня Асей зовут. Что ты тут делаешь, малыш?

Вернула рубашку на место и, присев, раздвинула одежду в разные стороны, чтобы лучше разглядеть этого чудака.

– Тссс… – приложив указательный пальчик к губам, тихо прошипел мальчишка. – Спляч меня облатно, ну пожалуйста… Сплячь!

– Это почему же? – удивилась я, слегка улыбнувшись.

Он выглядел настолько забавно, что мне захотелось добродушно рассмеяться, но я сдержала свой порыв, дабы не напугать и не обидеть ребёнка. Да и привлекать лишнее внимание не особо хотелось. Вероятно, мальчик напуган из-за того, что потерялся, если, конечно, не решил поиграть в прятки с родителями.

– Понимаешь, Ася, – уверенно и чётко начал он беседу, – мама Аля сказала, что у меня два папы! Пликинь! А я лублю Катю и папу Кила и не хочу жить с няней у папы Волона до плиезда мамы, а папа Волон не хочет жить с Катей и папой Килом! Мы не можем договолиться съехаться! Лыжая сказала, что яйца кулицу не… не…

Эмоционально рассуждая, вундеркинд надул пухленькие, подрагивающие от огорчения губки и начал что-то усиленно вспоминать.

– Эх… забыл… Не класят?

– Не учат, малыш. Яйца курицу не учат! Это верно! Маленькие не указывают взрослым, не учат их уму-разуму.

– Почему это не учат? – задумчиво сморщил лицо. – Мама говолит, что я уже большой и очень умный лебёнок!

Родители небось с ума сходили, а это чудо пряталось в отделе детской одежды, ведя с посторонним человеком занятные беседы.

– Илюша, может, мы твою Рыжую поищем? Она, наверное, безумно волнуется и плачет, потеряв тебя?

– Эх… Навелное… – смущаясь, потёр носочком одного кроссовка о другой.