Гаур

 – Может Елена предпочитает что-нибудь другое?

– Елена? – Артём Гаурович в очередной раз бросил на меня красноречивый взгляд, который явственно выразил удивление. – Вижу, вы тут зря время не теряли.

Яростно впившись в меня глазами, с минуту, молча наблюдал за моей реакцией, выражая категорическое требование покинуть это помещение незамедлительно. Хоть бы мигнул, сукин сын! Нести свой чемодан я не собиралась, поэтому решилась всё-таки первой воспользоваться запасным выходом во двор, чтобы не ощутить на своей тонкой шее руки, явно намеревающиеся привести в исполнение угрозу хозяина.

– Я скоро, – тихо предупредила Майкла, развернувшись лицом к двери.

Отбросив все шутки в стороны, снова попыталась трезво оценить ситуацию, которая мне совсем не нравилась. За окном ещё один июльский день близился к вечеру. Жара не собиралась отступать. До понедельника оставалось чуть больше суток. Как пережить две ночи и целое воскресенье с незнакомым мужчиной под одной крышей, я понятия не имела. Мой мозг отказывался напрочь верить обещаниям хозяина дома.

– Она не едет! – вдруг передумал, прорычав мне в спину неожиданное решение. – Не хватало, чтобы из-за этой спартанской царицы пострадало население посёлка.

– Гаур? Ты отправишь её под замок? – Майкл недовольно фыркнул.

– Свяжу. Вставлю в рот кляп. Закрою в вольере Сильвии, – внезапно прорычал над моим ухом, разгоняя холодок с дрожью по позвоночнику.

Артём

Вот же ж язва! Решила меня позлить с помощью Майкла? Что ж, ей это прекрасно удалось. Особенно тогда, когда она откровенно ощупывала его руками. Маленькая зараза! Тик пробирает всё тело, вплоть до печёнок. Гонсало сошёл с ума, если думает, что эта девушка сможет завладеть моим сердцем как Мари его. Однозначно: кроме раздражения и злости никаких других ощущений не вызывает.

– «Избранная», мать вашу! Прямо-таки «Светлый лучик»! – вот ведь дерьмо! Даже это звучное имя ей идёт.

– Она Солнышко, Гаур! – какого-то хрена Майкл решил меня дожать. – Сол-ныш-ко. Яркое Солнышко!

Сукин ты сын, дружище. Хочется послать всех к чертовой матери, укатить на яхте в море на пару дней, чтобы ни единого звука из этого мира не слышать, кроме шума океана и крика ненасытных чаек.