Письмо счастья

 – Без родителей? И со всем управляетесь? Ну, молодцы!

Он покосился на завешенное чёрной материей зеркало, Тоня просто сказала: «Дедушка…» – и Васька всё понял, качнул головой и вопросов больше не задавал.

Маша наскучалась за полдня. Если в Москве её невозможно было оторвать от телевизора, то здесь, в деревне, ей совершенно не хотелось его смотреть. Так и просидела Маша, глядя в окно на дальние луга – когда ж сестра появится? А когда Тоня, наконец, вернулась, и не одна, а с гостем, Маша тут же стала ходить за этим гостем хвостом, всё ему рассказывать, демонстрировать достопримечательности.

А Тоня собирала на стол обед.

От которого Вася, конечно же, не отказался. И с удовольствием нахваливал борщ, жареную картошку, солёные грибы и огурцы – одним словом, вёл себя, как гость очень положительный.

Маша так смеялась его шуткам, что фыркнула в тарелку с борщом – и он разлетелся в разные стороны. Тоне очень хотелось стукнуть сестру за это ложкой по лбу. Она уже даже нацелилась, но в этот момент Вася снова выдал что-то смешное – и она сама, хихикнув, подавилась хлебом.

– По спине давай постучу! – бросился к ней гость.

– Не трогай, не трогай меня! Я сама! – кашляя, Тоня отскочила от него за километр.

– Чего твоя сестра меня боится-то? – грустно-удивлённо поинтересовался он у Маши.

И в доказательство того, что он хороший, сразу после обеда гость Василий Константинов натаскал из-под горки воды – налил полную флягу, наполнил все ведра и баки. Он оказался неожиданно сильным – с полными ведрами, а не такими, как Тоня себе наливала, шустро взбегал от колодца в гору.

Хотел ещё загородку починить – но уже начинало темнеть, и Тоня предложила ему всё-таки сматывать удочки. Наверняка пропавшего водителя «Муравья» дома ждали.

И Вася – с шумом, смехом, звоном и грохотом уехал. Девочки стояли на бугорке и махали ему вслед. А он то и дело сигналил, пока дорога не скрылась в лесу.

… – Тоня, – жалобно сказала Маша, укладываясь спать, – мне так страшно тут одной было. Знаешь, одиноко… Можно, я завтра с тобой в школу пойду?

– Как – со мной? – удивилась Тоня. Перед этим она ещё думала, что наверняка малышке было одной в пустом доме не по себе – и никакой телевизор её наверняка не развлёк. А тут Маша сама об этом же говорит.

– Я тихонько посижу с тобой! Не оставляй меня, ладно? – и Маша бросилась сестре на шею, обняла и зашептала.