Танец с саблями

Добавляют мясной бульон, пряности, заливают этой смесью бефстроганов. Солят и кипятят.

– Стоп, повар. Остановись, – прервала подругу Наина. – Коньяк? Вино? Чача? Наша торговая точка. Что купим к мясу?

– Конечно, коньяк. Желательно из косточек миндаля. Он мне понравился.

– Я это заметила, – съязвила Наина.

– Ты, никак, пришла в себя, – заметила Ангелина. – Судя по настроению, к тебе начинает возвращаться чувство юмора. С утра у тебя с ним было плохо.

– Ладно. Помолчу. А то у тебя хватит ума лишить меня обеда.

Посмеиваясь и подтрунивая друг над другом, подруги дружно приготовили обед. Накрыли стол и с удовольствием стали поглощать приготовленную ими пищу.

29

Утолив голод, они, как по команде, положили вилки на стол, откинулись на спинки стульев, и, взяв в руки фужеры с коньяком, подняли их.

– За удачу! – предложила Ангелина.

– За нее, за неверную. Она нам сейчас очень нужна, – поддержала подругу Наина.

Отпив по глотку коньяка, подруги поставили фужеры на стол и повели разговор о том, что их по-прежнему тревожило.

– Самое плохое в этой ситуации то, что у нас отобрали подписки о невыезде и заставили указать адрес, где мы сейчас живем, – заметила Наина. – Следствие может идти и два месяца, и два года. Насколько я понимаю, все снимающие комнаты в этом доме на день смерти хозяйки находятся под подозрением, в том числе и мы. Если убийцу не найдут в ближайшее время, нас могут задержать здесь надолго.

– Задержать? Повернемся и уедем.

– Уедешь, вернут – быстро и за казенный счет.

– И докажу. Скажу, что у меня нет денег здесь проживать.

– Господи! Кого это интересует? У следствия своя задача – найти убийцу. А на что ты будешь здесь жить, их не интересует.

– И что ты предлагаешь? – расстроено спросила Ангелина.

– Я ничего не хочу предлагать. Но знаю точно одно. Если мы не попытаемся помочь себе сами, доказать свою непричастность к этому убийству, то нам придется задержаться тут надолго.

– И как ты представляешь наши действия? Чтобы что-то узнать, нам потребуется аппаратура для прослушивания, подглядывания. А на это нужны деньги, которых у нас нет. И где мы будем брать на это деньги?

– Сразу видно, что дальше телевизионных программ ты ничего не видишь и мыслишь, как киношные сыщики. Зачем нам с тобой аппаратура? Наша аппаратура – глаза: смотри и запоминай, язык: расспрашивай и думай.