Мое имя – Вендетта! Криминальная мелодрама

А сейчас у нас сука – демократия! – старый вор смачно сплюнул себе под ноги прямо на вычищенный ковер, чего раньше бы себе не позволил.

– Завтра вечером подтянутся Вороненок и Лор, ты тоже должен присутствовать. Все будем разбираться в этой ситуации. Если это рук Азида, то его нужно убрать.

– Я тебе зачем, я не вор в законе, чтобы на сходняках участь других воров решать, – ответил Митяй, а у самого в мозгу засигналило и засветилось красным светом: опасность!

– А ты думаешь, убить вора простой смертный может? – чуть повысил голос Лазарь.

Митяй вскочил, побледневший как полотно.

– Ты подо что меня подписываешь, Лазарь? Я черножопых не люблю и даже воров их не признаю, но кто я такой, чтобы решать такие дела? Да ты в курсе, что со мной московские сделают за подобный беспредел?

– Остынь! – тихо, но с силой сказал Петр Сергеевич. – У тебя на что голова, чтобы на плечах носить? Обыграешь все красиво, историю мы с тобой придумаем, да и придумывать то, не придется, чую я, что Азид на мое место тянется.

Митяй уже было приготовился резко и нецензурно высказаться на предложение смотрящего, как в пронзительной тишине послышался топот ног возле двери в гостиную и голоса, разговаривающие приглушенным тоном.

– Алладин, в чем дело? – крикнул Лазарь, в этот момент дверь с силой распахнулась, и в гостиную буквально ввалилась Оксана. Очень бледная и осунувшаяся, она уверенно подошла к хозяину дома и сказала, чеканя слова:

– Валере плохо, очень плохо. Я одна не справлюсь, его надо в больницу.

– О чем ты, девочка? Какая на хрен больница. Здесь лечи.

Оксана перевела взгляд на Митяя, и снова на Лазаря.

– Вы не понимаете! Нужна аппаратура, наблюдение…

– Это ты не понимаешь, – повысил голос Лазарь, – Что ты в больнице скажешь? Что он сам себе в голову стрельнул?

– Влад должен помочь, все-таки он заведующий, – продолжала настаивать Оксана, прекрасно понимая, что теряет за этим спором драгоценные минуты, – Он умрет, Петр Сергеевич.

Лазарь криво усмехнулся на это изречение, и она невольно отшатнулась.