Избранные

Судя по оставшимся на стенах доскам объявлений и обилию офисной мебели, помещение совсем недавно освободили какие-то госслужащие. На ходу осматриваясь, я поднялась на второй этаж и сразу оказалась у кабинета Алфеева.

Меня ждали. За столом переговоров рядом с Алфеевым сидел Жаров. Возле стола не было свободного стула, и, войдя в кабинет, я села недалеко от двери. Такая диспозиция не к добру, – мелькнуло у меня в голове, но я сохраняла спокойствие, ощущая себя свободной от этих людей.

Уловив уклоняющийся взгляд Алфеева, я посмотрела на Жарова, – он вежливо улыбался только губами.

После взаимных приветствий именно Жаров начал разговор.

– Вот Вы, Джули Борисовна, наводите тут о нас справки, а мы тоже выяснили кое-что о Вас. Во-первых, Вы не сформировали штабы. На местах нет и половины людей, которых Вы указали в отчете.

Я вопросительно посмотрела на Алфеева. Было непонятно: кто вообще здесь хозяин, почему говорит Жаров, и какие претензии могут быть ко мне теперь, когда срок договора о сотрудничестве истёк, а за проделанную работу я денег не прошу?! Сказали бы спасибо, что работала на них как волонтер!

Алфеев сидел с непроницаемым лицом, глядя в окно.

– Во-вторых, – продолжил Жаров, – своим ссорами с нашими людьми и скандальным поведением в районе Вы дискредитируете кандидата. В третьих, на последних выборах в Госдуму Вы специально приезжали в область, чтобы работать против своего брата. И, наконец, выяснилось, что, уже уйдя из ВУЗа, в котором работали, Вы приняли участие в интригах против ректора.

С изумлением слушая всё это, и глядя на торжествующего Жарова, который только что руки не потирал от удовольствия, я чувствовала, что меня поглощает какой-то сюрреалистичный мир. Всё сказанное абсолютно извращало реальность. Это я ушла от них, а они после этого делают вид, что изгоняют меня! – Вот так кульбит! Я замерла, пытаясь привести в порядок мысли и понять, зачем им это понадобилось.

Стряхнув оцепенение, я посмотрела прямо на Алфеева. Под действием моего глубокого, серьезного взгляда он встал из-за стола и принялся расхаживать по кабинету вдоль стены, свободной от мебели.