Легенда о Снежном Волке

– Уймись, распутник! – прикрикнула Илва и с довольной улыбкой посмотрела на лысую макушку жениха.

В пылу разгорающейся страсти влюбленные не заметили, как к ним, лениво позевывая и почесывая толстое брюхо, подошел задира Бэван. Глумливо гукнув, он со звонким хлопком тоже поместил свою лапу на мощный кухаркин зад.

Пронзительно завизжав, Илва с удивительной легкостью подпрыгнула и, отскочив в сторону, уставилась на обидчика круглыми коровьими глазами. Ньял по-бабьи всплеснул руками и грустно заморгал белесыми ресницами.

Ньял оглядел толпу, бросил тоскливый взгляд на свою женщину и, неохотно повернувшись к толстяку Бэвану, приготовился к разборкам.

– А-а, это ты, Ньял? А я и не заметил, что кто-то прячется за бабьей юбкой! – громко заржал забияка.

Глазки Ньяла забегали по сторонам, и было заметно, что он безуспешно ищет достойный выход из мерзкой ситуации, но не может найти.

– Иди сюда, Бэван! Я намну тебе жирные бока! – неуверенно пискнул он.

– А? Что? – приставив руку к уху, переспросил его Бэван. – Не пойму, что ты там квокочешь, цыпленок!

Воины довольно посмеивались, обсуждая происходящее, и без стеснения науськивали своих товарищей на драку.

– Ньял, вдарь ему!

– Бэван, окуни нашу цыпу в грязь!

– Спорю на свой нож, что победителем из драки выйдет наш задира! – крикнул кто-то, и несколько человек принялись делать ставки.

– Вот я тебе сейчас задам! – топчась на месте, в отчаянье выкрикнул Ньял и выставил перед собой острые кулаки.

– Чем же? А? Этим?! – потешался перед толпой Бэван. – Что это? Что за тощие палки торчат у тебя там, где у мужчин должны быть руки?

– Сейчас эти тощие палки порвут тебя на части! – взвизгнул Ньял.

– Смотри, козявка, какие руки должны быть у настоящего мужика! – Бэван быстро закатал рукав рубахи и, обнажив волосатую руку, заиграл бугристыми мышцами.

Между тем кухарка стояла в трех шагах от мужчин, уперев руки в широкие бока, и недовольно хмурила брови.

Бэван окинул презрительным взглядом соперника и, повернувшись к Илве, похотливо ей подмигнул. Не удовлетворившись содеянным, он вытянул к ней руку, растопырил жирные пальцы, медленно возложил их на круглую грудь и смачно сжал.

Ньял вновь возмущенно закудахтал, но вместо атаки на соперника беспомощно всплеснул руками.