Память плоти. Психологический детектив

А она будет безнадежно обмениваться имейлами с его службой безопасности. Диктофон писал уже десять минут, Воронкина подсобралась, Терлецкий что-то говорил, но она понимала, что информацию, которую он дает, она легко могла почерпнуть в глянце или в каком-нибудь справочнике «Выдающиеся бизнесмены России».

Лаура Терлецкая, двадцать семь лет, была третьей официальной женой олигарха. Удивительно, но она оказалась не только Мисс Московская область 2011, но и того же года выпускницей филологического факультета МГУ, с темой диплома «Поэзия Брюсова».

Тут в голосе Терлецкого прозвучало некое подобие гордости. Воронкина внутренне улыбнулась причудам олигархического снобизма.

– Лара была необычной женщиной…

– Была? – вскинулась Лидия. – Почему была? Вы подозреваете, что ее убили?

– Нет, не знаю. Просто в последние месяцы ее существование трудно было назвать полноценным. Это было тело, чью жизнь поддерживали медики. Лучшие медики России.

– Почему она лечилась в Москве? – Воронкина как бы проигнорировала намек Терлецкого и продолжала говорить о пропавшей как о самостоятельно принимающем решения субъекте.

– Она лечилась… ее лечили, – Терлецкий усмехнулся наивной попытке Лидии увести разговор в нужное ей русло, – потому что я так решил. Ее нейрохирург работает вахтовым методом: месяц в России, месяц в Нюрнберге, в лучшей неврологической клинике. Зачем было тащить ее куда-то, я просто вызвал Кубайло, и его привезли.

– Какие отношения были в семье? У вас с потерпевшей?

Энтомолог вернулся.

Олигарх рассматривал Воронкину, его взгляд был направлен на ее макушку, где, Лидия знала, у нее уже были заметны отросшие корни рано поседевших волос.

Следователь выглядела не моложе, но и не старше своих тридцати шести, если бы не одна печаль: как и ее бабушка, и мама, и далекие пермские тетки, она поседела к тридцати. Ее это не смущало: в последние восемь лет у нее не было мужчин, и она ухаживала за собой просто из педантизма и аккуратности. Но проблема с отросшими корнями не решалась: каждые вторые выходные Лидия не готова была тратить на походы в парикмахерскую, а ее густые волосы отрастали так быстро, что уже за две недели до окраски она ходила с неприятным чувством несделанного дела.

Почему ее смутил взгляд немолодого чужого мужчины, она не поняла.

Давид Иосифович думал: «Старая дева, наверное. „Наша служба и опасна, и трудна“. Интересно. Смутилась. Правда, что ли, найдет Ларку? Что ва-а-бще происходит? Может, выкуп? Голимый киднэппинг.